В третий томе повествования "Семь Нагибов на версту" — жуткая и реалистичная картина ужасных выживших после последней войны трупов. В этом мире кровь и разлагающиеся тела зашкаливает за пространственные границы, а герою приходится не только бороться с хищниками-призраками, но и самому отбирать куски мяса и жить по принципу "кто острее - тот живет"....
Похоже, «Семь Нагибов на версту часть 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Из региона не выехать — мы же тут как бы на отшибе находимся, все у барона на контроле.
Уверена, о том, что вы приехали, ему уже доложили, и за вами следят. Если бы вы не были магами, я бы кричала вам, чтобы вы уезжали отсюда как можно быстрее. Хотя, возможно, уже поздно — вас вполне могут не выпустить, после того, как вы поговорили с нами, — виновато опустила она голову. И тут же вскинулась, услышав наш смех.
— Ямир, он тебя не выпустит, ой, не могу, — закатывалась Этери.
— Вшивый провинциальный барончик попытается задержать графа Нагибина! — заливаясь смехом, сдала меня Соль.
Вот не умеет ушастая держать язык за зубами!
— Вы… — Гугуша шарахнулась так, что едва не упала со стула, — … НАГИБИН!!!
— Ямир Ярославович, к вашим услугам, — привстав, я чуть поклонился.
— И вы… Вы едете к пограничным столбам через наш город⁈ Сестра, мы спасены!!!
— Так, лошадей не гоним, в альтруизм я не верю, поэтому хочу знать, в чем ваш интерес.
— У них наша сестра, — злобно хрустнула пальцами Жасмин. — Поехала к тетке в деревню — там ее и взяли.
— Так, не части, — поморщился я. — Не совсем понял насчет Ада, или как он там называется по-вашему? Причем тут демоны? Зачем их вызывать, когда они живут совсем рядом?
— Это не те демоны, что нужны барону.
— А в чем разница-то? — не понял я.
— У нас все немного иначе, — потупила она взгляд. — Мучения в Аду жаром и холодом страшны и бесконечны. Наш земной огонь является частицей огня Ада, который семь раз был брошен в море для охлаждения.
"У того, кого подвергают каре в Аду, для усиления наказания тело увеличивают во много раз. Один зуб человека бывает размером с гору Ухуд. Кожа бывает в семьдесят раз толще обычной, и каждый раз после сгорания она вновь восстанавливается, чтобы подвергать человека каре еще и еще.
