- Вы сделали это нарочно? - удивилась Минерва.
О, какие неприличные вещи Колину хотелось сейчас сделать! С умыслом. И весьма однозначным: заставить очки этой упрямицы запотеть, а их владелицу - без стеснения стонать от удовольствия.
- Я не собираюсь соблазнять вас, - заявил он.
Чуть помедлив, Минерва коротко кивнула, потом скользнула взглядом к лицу собеседника и переспросила:
- Простите, что вы сказали?
- Я не собираюсь соблазнять вас, - повторил Пэйн. - Ни сегодня, ни вообще когда-либо. Я просто подумал, что должен вам это сообщить.
Она непонимающе смотрела на него, и пришлось пояснить:
- Помните, что я сказал вам в ту ночь в замке? Что я не разрушаю жизни невинных девушек. Поймите, у меня есть правила.
- Правила для женщин, которых вы обольщаете?
- Значит, у распутников тоже существует свой этикет? Некий кодекс чести соблазнителя? Вы это хотите сказать?
- В некотором смысле. Видите ли, обычному молодчику, который просто собирается завлекать в постель желанных ему девиц, правила, возможно, и не нужны. Но когда мужчина стремится к достижению довольно сложной цели - никогда не проводить ночь без женщины, постепенно вырабатываются кое-какие принципы. Хотите - верьте, хотите - нет, но у меня действительно есть свои правила.
- Во-первых, конечно же, хорошие манеры: все эти "спасибо", "пожалуйста", и я всегда пропускаю даму вперед. Также мне не важно, где происходит свидание, но у меня есть некие ограничения по поводу веревок и шарфов.
У собеседницы отвисла челюсть.
- Я не против, если женщина желает быть связанной, но себя связывать не дам. Кроме того... - он начал загибать пальцы, - никаких девственниц, проституток, женщин в отчаянном финансовом положении, сестер бывших любовниц, матерей бывших лю...
- Матерей? - пискнула Минерва.
Пэйн пожал плечами. Этот пункт появился в его списке после одной довольно забавной истории.
- Послушайте, вам вовсе не обязательно выслушивать все эти правила. Важно лишь то, что они у меня есть. И, соблазнив вас, я их нарушу. Так что этого не случится. Думаю, что именно сейчас, пока я стою перед вами голый, наиболее подходящий момент для того, чтобы обсудить этот вопрос. Потому что, заговори я об этом в другое время, вы могли бы обидеться, решив, что я не нахожу вас привлекательной. - Он указал на свое налитое, бодро торчащее естество. - Как вы прекрасно видите, это не так.
Минерва несколько мгновений молча разглядывала указанное место, а потом, не отводя от него глаз, заявила:
- Вы были правы.
