Автор
В романе "Семь снежинок на ладони", Светлана Нарватова рассказывает о полном провале жизни молодой женщины Эмилии, когда она пытается сохранить достоинство в ситуации, которую сложно назвать чем-то похвальным. Встреча с непростым человеком открывает перед нею новые перспективы и вызывает сомнения в прежних убеждениях....
– Не пожалела, что не взяла меня? – Муж улыбался мягко и уютно.
– Пожалела. – Ведь я всегда говорю правду. – Но она дала мне новый опыт.
– Чем ещё ты сегодня занималась?
Супруг сел, и мне невольно подумалось, что мы, не сговариваясь, выбрали любимыми разные кресла. Он сделал приглашающий жест, и я вернулась на место.
– Как обычно. Болтала в мастерских. Я училась вязать! – вспомнила я.
– Покажи!
– Нет, – помотала я головой и покачала выставленными ладонями. – Вышло не то, чем можно хвастаться.
– Ну покажи!
Я сходила в покои и принесла своё коряворукоделие.
– Очень миленько! – заключил супруг.
– Ты мне льстишь!
– Конечно, льщу. Но в конце действительно получалось уже хорошо.
Я скривила физиономию.
– Важно не то, с чего всё началось, а чем всё закончилось. Знакомишься с первоисточником, чтобы ответить своему Олли? – Рауль показал на отложенный томик.
– Во-первых, он не мой. А во-вторых, ответ ему я уже написала. Но прочитать пьесу не успела.
– Конечно, знаю. – Супруг потянулся ко мне корпусом, будто хотел поделиться каким-то секретом. – Я даже был на её премьере в Королевском театре! Её поставили через несколько месяцев после публикации. Это очень быстро.
– Что, правда любой начинающий драматург может принести в Королевский театр свою пьесу и её поставят?
– Нет, конечно.
– Нет, он безусловно очень талантлив. Но слишком жесток.
– Вилли жесток? – На лице Рауля отразилась смесь насмешки и потрясения.
– Да. Он жесток к своим героям, – упрямо повторила я.
– Дорогая, он жесток к своим героям, чтобы люди были добрее к своим ближним. Чтобы ценили то, что имеют. Как часто мы начинаем ценить данное нам Фройей лишь после того, как потеряем?
Я пожала плечами и поставила книжку на полку.
– Ой! – вспомнила я. – Я же хотела попросить тебя отправить письма Ёнклифу и отцу.
Я вынула их из кармана.
– Они же не запечатаны!
– Можешь их прочитать? Возможно, подскажешь, что исправить. А потом запечатаешь своей печатью. Мне кажется, так будет лучше. В обоих случаях.
Герцог помедлил и кивнул.
– Ещё я хотела передать в столицу несколько подарков. – Мне показалось, что лицо герцога дёрнулось. Ну ничего, ничего.
