Автор
В глубокой сибирской тьме, Мария спешит за своим возлюбленным, словно тень его в темном мрачном парке. Впереди — Староалтайск на трассе, надпись ожидая их приезда. Здесь начинается новый этап путешествия, где душа и тело сопрягаются через семь необычных способов засолки, готовясь к невероятному переходу....
Пудру до этого явно использовали, пуховка была грязная. Но все равно приятно.
Было холодно. Отец и послушница долго не возвращались. Я замерзла и стала ходить туда-сюда, почувствовала чей-то взгляд, обернулась и увидела за кустами медведя, шагах в десяти от меня. Да, шатунов нужно опасаться, знаю. И знала тогда, но он же ничего не делал, тот медведь. Он просто стоял, смотрел на меня, а я смотрела на него. Мне нравились его глаза, они были похожи на янтарные капли. И мех казался таким мягким и теплым, а мне было холодно, ты помнишь.
Медведь развернулся и не спеша двинулся вглубь леса. Я пошла за ним, стараясь ступать в его следы. Иногда я промахивалась и проваливалась в снег по колено. Тогда медведь останавливался и ждал, пока я выберусь, наблюдал, как я неловко путаюсь в ногах. Не знаю, сколько мы так брели, но в итоге вышли на поляну. Посреди нее стоял огромный сруб с узорами на балках. Бревна, из которых он был сложен, потемнели от времени, окна были заколочены, дверь закрыта. Медведь поднялся по деревянным ступеням на крыльцо — я думала, доски проломятся под его весом, — толкнул дверь носом и зашел внутрь.
Я так и не узнала, что внутри. Стоило мне подойти к крыльцу, как меня нашел отец. Он был один.
Ты что здесь делаешь, спросил он. Я же сказал ждать.
Мы гуляли, ответила я.
С кем?
С медведем.
Отец встревожился. С каким медведем? Где он?
Видишь следы? Я указала себе под ноги.
Отец внимательно осмотрел снег. И куда ведут большие лапки, спросил он.
В дом, сказала я.
Увидев приоткрытую дверь сруба, отец замер. Что-то беспокоило его, он будто хотел туда зайти. Но вместо этого он взял меня за руку, повел обратно к тропе, и больше мы в тот лес — в ту часть леса — не возвращались.
выдох четвертый
Теперь Ника живет на пятом этаже панельной девятиэтажки, с видом на другие бело-синие девятиэтажки, детскую площадку, парковку и магазин «Продукты».
Места в узкой кабине лифта немного. Ника молча разглядывает недобритые волоски на Ромином подбородке с впадинкой посередине. Воротник толстовки желтый там, где бьется пульс на шее. Запах пота делается резче.
