Автор
В глубокой сибирской тьме, Мария спешит за своим возлюбленным, словно тень его в темном мрачном парке. Впереди — Староалтайск на трассе, надпись ожидая их приезда. Здесь начинается новый этап путешествия, где душа и тело сопрягаются через семь необычных способов засолки, готовясь к невероятному переходу....
— Марина, — отвечает Ника. Парень записывает, кивает ей, мол, ждите.
В Екатеринбурге лето. Ника садится у окна, смотрит поочередно то на улицу, то на китайцев, которые заняли соседний столик и громко о чем-то говорят. Ника вспоминает пиццерию, в которой когда-то грелась на Потоке."
"В алтайских новостях много писали о Роме: местный мясник убил начальника УМВД, шамана. Староалтайского бизнесмена, владельца сети аптек, расчленил на пустой съемной квартире, арендодатель — компания «Мелонг». Китаева нашли в лесу спустя несколько дней.
Когда Ника звонила маме в последний раз — правда последний, потом сменила номер, — мама сказала, что на похороны Китаева пришло полгорода. Великий человек, спаситель, пришлось хоронить в закрытом гробу, ну как же так, Ника, что это за звери.
Мама, уезжай из Староалтайска, ответила ей Ника.
Но мама уезжать не собиралась. Она будто вросла в Староалтайск, не могла проститься с городом, в котором стала королевой дважды.
В кафе заходит женщина, с ней девочка лет двенадцати, обе над чем-то смеются. Они кажутся знакомыми — мать и дочь из «приюта», вдруг понимает Ника и улыбается.
— Я молодец, — тихо говорит она.
Она надеется, что мама с дочкой ей не чудятся.
Голова не болела с февраля. Ника даже завела знакомых в парке на Плотинке, они выгуливают собак, Ника выгуливает себя. Правда, ей все время кажется, что новые знакомые за ней следят. Поэтому она сближаться не торопится.
В шейпинге перерыв, по телевизору реклама: папа может, гремит оттуда.
— Привет, — говорит Рома, когда она отвечает на звонок.
— Откуда у тебя мой номер?
— Мир не без добрых людей, — отвечает Рома. На фоне проезжают машины, свистит ветер. Похоже, Рома где-то на трассе.
— Понятно. Смотрю, ты стал звездой, — говорит Ника.
— Хорош, ну ты же знаешь, что я этого не делал.
— Да?
— Ну ты правда думаешь, что это я?
— Я в принципе не думаю. От думанья стареют.
