Автор
В глубокой сибирской тьме, Мария спешит за своим возлюбленным, словно тень его в темном мрачном парке. Впереди — Староалтайск на трассе, надпись ожидая их приезда. Здесь начинается новый этап путешествия, где душа и тело сопрягаются через семь необычных способов засолки, готовясь к невероятному переходу....
В обмен на молчание Светка жарила ему картошку — он обожал хрустящую и не любил толченку. Рома чистил картофелины, Светка нарезала их соломкой и отправляла в подсолнечное масло на сковороду. Картошка падала в кипящее масло и начинала шипеть и щелкать, кусалась мелкими плевками. Потом Светка посыпала ее нарезанным зеленым луком и укропом, и Рома уминал все вместе с черным хлебом.
С расширенными зрачками Рома увидел Светку позже, когда ее выгнали из института. Жизнь быстро скатывалась в бездну — р-раз, и ты уже на дне, и остальные тоже.
Рома пробовал следить за Светкой в духе лучших детективов: записывал номера машин, в которые она запрыгивала, искал их через знакомых, знакомые которых работали в патрульной службе. Мутного типа звали Скопенко, чаще всего Света была с ним. Скопенко был увешан бусами, никогда не расчесывал длинные патлы, редко брился и душнил. Светкин типаж. Она с придыханием говорила, что Скопенко ну столько всего знает, такой он умный и серьезный, а однажды по секрету рассказала, что он видит духов.
Со Скопенко она и подсела на вещества и бред.
Светка изменилась: перестала есть мясо, сильно красила глаза, окуривала дом вонючими щепками, умывалась по десять раз на дню, при этом что-то шепча в ладони.
Теперь ему двадцать пять, Светка пропала, а мама только рыдает.
Их жизнь превратилась в нескончаемую спасательную операцию. Мама продала бизнес, ей стало некогда им заниматься. Постепенно перестала общаться с друзьями — возможно, те сами перестали с ней общаться, ведь разговоры были лишь о Свете: как ей помочь, она снова пропала, она появилась, ей лучше, она сорвалась, она снова пропала. Переехала в квартиру поменьше, на оставшиеся деньги купила по квартире Роме и Светке.
