— Под кроватку? Если бы тебя теперь здесь не было, мы бы всероссийский розыск объявили, чтобы каждый погранец, каждый мент участковый с твоим фото в планшетке. Мало — в Интерпол обратились бы. Или родственников твоих подтянули, чтобы они помогли тебя сыскать. Родственники-то у тебя есть? Конечно, есть! Ты же не сирота. Пока… Или ты с ними, всей толпой через кордон намылился?
Игорь помрачнел. Потому что точно — родственники… Ближние и дальние, их без счета.
— Нет, Игорек, все разом сняться не могут. Кто-нибудь да останется. И отвечать будут. За тебя! Или ты их кинешь?
— Вы что, пугаете меня?
— Лишаю иллюзий. На случай, если захочешь сбежать и спрятаться. Ты, Игорек, сильно наивный, если думаешь, что от нас можно так легко скрыться. Только если — туда, — ткнул гость пальцем в пол. — Но с этим еще успеется. Это от вас не уйдет. — Виктор Семенович громко сглотнул слюну. — Значит, так, — подвел итог мужчина. — Возвращайте деньги. Как — меня ни разу не касается. Но только чтобы все шито-крыто было. Чтобы ни одна сволочь прицепиться не могла. А мы пока подумаем, что с вами дальше делать.
— Но я… Это не я… Я был не в курсе, — заторопился, забормотал Виктор Семенович. — За транш отвечал Игорь Олегович… Там его подпись…
— Мне плевать, чья там подпись. За дело отвечаете вы все. Все скопом. И значит, спрос со всех. Нам разбираться, кто больше накосячил, некогда. Это вы разбирайтесь друг с дружкой. Сколько вам нужно, чтобы подтереть за собой?
— Четыре, может быть, пять недель, — пробормотал Виктор Семенович.
— Три! Через три недели начнутся оргвыводы. По каждому.
Гость поднялся и вразвалочку вышел из кабинета. И даже дверь за собой не прикрыл.
— Что это за… урка? — спросил Игорь.
— Ну да, урка. Самый настоящий, — ответил Виктор Семенович. — А ты думаешь, они посылают на такие разборки «белые воротнички»? Нет, подобные вопросы решают именно такие типы. Организация мараться не станет, на то есть «партнеры». И этот не самый худший.
— Кто же тогда хуже? — искренне удивился Игорь.
— Тот, с кем ты не успеешь познакомиться. И случайно выпадешь из окна. Или водкой отравишься до смерти. Или машина тебя переедет. Тот, кто придет вслед за этим.
— И даже еще серьезнее. — Виктор Семенович подошел к шкафу, достал бутылку коньяку, налил стакан до самого верха. Весь он как-то сдулся и поник. — Будешь?
Игорь помотал головой.
Виктор Семенович залпом опрокинул в себя стакан, не чувствуя ни вкуса, ни градуса коньяка.
— Влипли мы, Игорек.