– Мы, как отцы, печёмся о вашей судьбе и по мере сил направляем вашу деятельность по пути благоразумия и науки, вы же ведёте себя недостойно звания студента.
– Разве студент не имеет права защищать себя от клеветы, отстаивать своё человеческое достоинство? – резко спросила Варя.
– Оставьте, пожалуйста, эти красивые фразы, – нетерпеливо махнул рукой Вениаминов. – Вы дошли до того, что открыто признаёте свои симпатии к крайним революционерам, то есть по сути дела соглашаетесь с их проповедью насильственного низвержения существующего в Российской империи государственного строя и установления власти разнузданной черни! Понимаете ли вы, госпожа Звонарёва, куда могут завести вас такие симпатии? Будьте благоразумны, иначе вы проститесь не только с институтом, но и со свободой…
– Благодарю вас за отеческую заботу, – иронически проговорила Варя и, поклонившись, спросила: – Мне можно идти?
– Идите! – раздражённо бросил директор.
Все эти передряги сильно озадачили и расстроили Варю. В институте оставаться не хотелось, домой идти было ещё рано, и она, чтобы успокоиться и собраться с мыслями, пешком отправилась к мужу на Выборгскую сторону.
Над Петербургом висело серое осеннее небо, моросил мелкий унылый дождь. Занятая своими мыслями, Варя не замечала ни сырости, ни холода. Она всё трезвее оценивала создавшееся в институте положение, понимала, что за нею негласно следили и обо всём замеченном сообщали директору, к тому же в самом извращенном виде. Могла ли она в этих условиях быть гарантированной от самых злостных наветов?
Чем больше она размышляла над этими вопросами, тем сильнее утверждалась в мысли о необходимости перейти в другое учебное заведение и, пусть на время, но покинуть Петербург. И всё же она гнала от себя эту мысль. Вряд ли кто согласился бы переводить её из одного института в другой в первом полугодии учебного года. Кроме того, можно ли было уезжать ей одной, без семьи, или срывать Сергея Владимировича с хорошего места, а Васю забирать из училища. Уезжать – это значит разрушить хорошо налаженную жизнь! Нет, прежде чем предпринимать такой шаг, нужно было взвесить всё самым тщательным образом и уж, конечно, посоветоваться, обсудить все «за» и «против» с Сергеем Владимировичем.
Звонарёв был очень удивлён неожиданным появлением жены и, отпросившись на работе, зашёл с Варей в небольшой кафе-ресторан, расположенный невдалеке от завода. Здесь за чашкой кофе Варя подробно рассказала ему обо всех своих злоключениях.
– Что ж, возможно, придётся и уехать, – сказал Сергей Владимирович после долгого размышления. – Подождём до лета. За это время я постараюсь подыскать себе место в Москве или Харькове. Тогда не торопясь переедем.