Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Семья Звонаревых. Том 1»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Конечно, страшно было думать в двадцать лет о смерти на виселице, но ещё страшнее казалось ему отречение от революции: предать её дело, изменить товарищам по революционной борьбе.
«Лучше смерть, чем презрение товарищей!» – так давно решил про себя Пётр Волков.
Вспомнилось ему и недавнее подпольное собрание в каменоломнях. На нём с капитулянтскими речами яростно выступали меньшевики. Недаром некоторые из них слыли краснобаями. Но их речи встречали резкий отпор со стороны рабочих, матросов и рыбаков, на своей шкуре испытавших всю тяжесть политического и экономического гнёта царского строя.
– Не за то дрались мы в пятом году! Не за то кровь проливали, потеряли лучших людей, чтобы теперь капитулировать. Ну нет! Партия собирает силы, сплачивает свои железные ряды для новых боёв. Кто верит в силу рабочего класса, тот наш. Кто струсил, испугался царской каторги и виселицы, тот пусть катится от нас ко всем чертям! Не веришь партии – тоже катись! Без веры в свои силы победить врага невозможно. Пусть все маловеры и трусы оставят нас. Нас станет поменьше, зато партия станет сильнее, мозолистый кулак крепче! Снова наберёмся сил и так тряхнем Николашку, что ни от него, ни от его сподручных ничего не останется! От обер-палача Столыпина и мокрого места не сыщут! – гремел своим густым басом старый моряк Петрович, участник севастопольского восстания.
– Правильно, Петрович! – дружно поддерживали моряка рабочие и рыбаки.
Меньшевики попытались было ещё возражать, доказывая необходимость перехода партии на легальное положение. Но им не дали говорить.
– Хватит болтать! Снюхались с кадетнёй. Долой болтунов! Тащи их с трибуны! – раздавались возмущённые возгласы со всех сторон.
На следующий день в городе начались массовые аресты большевиков. Вскоре выяснилось, что это дело рук эсеров и меньшевиков.
Аресты сильно ослабили подпольную организацию, но основное ядро всё же осталось, и большевистская организация продолжала действовать.
Обо всём этом и вспомнил Волков, глядя на расстилающийся внизу город.
Минувшей ночью Волков встретился с Петровичем в порту, в глубине склада. У входа сторожил дежурный надзиратель, отпускавший товар. В случае опасности он должен был своевременно предупредить о ней Петровича.
– Был тут один товарищ из Питера. Сообщил, что к нам в Керченскую крепость направляют для отбытия наказания нескольких политзаключённых. Среди них – видные партийцы, осуждённые, но не раскрытые полицией и судом. Есть одна женщина. Работала с самим Лениным, – многозначительно поднял палец Петрович. – Поэтому сейчас надо хорошо наладить связь с крепостью, чтобы знать, когда туда доставят политических.
К нам из Питера должен прибыть один товарищ. По документам, бывший унтер Семёновского полка.
