Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Семья Звонаревых. Том 1»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Кто стреляет, а кто и нет! Всех под одну гребёнку стричь нельзя, – обиделся Тимофеев.
– В Севастополе пехота да артиллерия по кораблям Шмидта стреляли и сколько матросов побили, когда они плыли к берегу с тонущих кораблей, – напомнил Волков.
– Сразу весь народ не просветишь! Приходится исподволь солдатам разъяснять, что и почему. А это не так просто! – оправдывался Тимофеев.
– Пожалуйте к столу, – пригласила их Валя.
Выпили по стакану кислого крымского вина, закусили. Валя была за хозяйку и настойчиво угощала мужчин. Тимофеев предложил выпить за её здоровье. Валя поблагодарила.
– Если и стоит выпить, то только за успех нашего общего дела. За наше дело, товарищи! – чокнувшись, проговорила она и, пригубив стакан, поставила его на стол. Мужчины выпили.
– В крепости ничего не слышно о прибытии туда политических заключённых? – спросил у солдата Волков после того, как осушили стаканы.
– Это про каких? – не понял Тимофеев.
Волков передал ему свой ночной разговор с Петровичем.
– Первый раз слышу. Значит, кого-то направляют к нам на высидку. Что делать будем? – спросил солдат.
– Пока что ждать. Как только узнаете что-либо – немедленно сообщайте нам.
– Постараюсь тотчас же известить вас обо всём, что только узнаю, – горячо заверил артиллерист.
Уходя, Тимофеев захватил несколько листовок.
– Давайте те, где написано про столыпинские отруба, как порют, бьют крестьян и отбирают у них землю. Этот вопрос очень волнует солдат, – просил он.
Дав листовки, Волков, как всегда, напомнил о необходимости соблюдать осторожность.
– Не беспокойтесь, товарищ Волков! Знаю – не в бирюльки играем! Дело каторгой пахнет, – строго отозвался артиллерист.
Убедившись, что на улице всё спокойно, Волков разрешил солдату идти.
– Желаю вам, товарищ Тимофеев, полного успеха! – И он пожал руку артиллериста.
Когда Валя и Пётр остались одни, девушка прильнула к любимому и капризным тоном, не терпящим возражения, произнесла:
– Потрудись поцеловать сюда, сюда и сюда! – показывала Валя пальцем на щёки, губы и даже на свой вздернутый носик.
Волков улыбнулся и сжал девушку в объятиях… Валя отстранилась от него.
– Слушай, Петрусь, будем ли мы когда-либо счастливы?
– А мы и сейчас уже счастливы. По крайней мере – я…
– Но это же краткое, мимолётное счастье! – возразила Валя, сжимая виски Волкова своими ладонями. Она долго всматривалась в его лицо. – Я так боюсь за тебя – схватят, увезут от меня… Ведь это будет ужасно! Пойми, Петрусь! – после паузы добавила Валя.
– Валюша, сколько раз я тебе говорил: не нагоняй ты на себя страха. Давай, дорогая, будем жить, дышать полной грудью. – Волков широко раскинул руки, глубоко вдохнул солоноватый морской воздух. – Будем жить, а жить – значит бороться.
