Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Семья Звонаревых. Том 1»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В случае войны Керчь может всегда принять первый удар врага. В любую минуту дня и ночи мы должны быть готовы к бою, чтобы грудью своей защитить нашу Родину. Поэтому-то я и требую от вас точности в наводке, быстроты в работе, – говорил он во время занятий своим подчинённым.
Как-то солдаты обратились к Борейко с просьбой рассказать им о порт-артурской обороне. Штабс-капитан согласился. Придя в роту вечером после занятий, он собрал солдат и начал говорить им о том, что видел и пережил во время осады.
– Боялись нас японцы не зря, – подчеркивал он. – Знали, что если мы сможем достать до них огнём, то им наверняка не поздоровится. Так должно быть и в Керчи. Для этого мало одной муштры около орудий, а нужно, чтобы каждый солдат всегда понимал, что и как должен он делать.
Такие беседы солдатам очень нравились. Они охотно слушали командира, засыпали его вопросами. Борейко старался отвечать просто и понятно. Во время бесед он ближе узнавал своих солдат, чувствовал, как растёт среди них его авторитет. Только Пыжову не нравилось такое общение командира роты с рядовыми.
– Зазря командир пускается в разговоры с солдатнёй. Она должна слухать команду и точно её исполнять, а не лясы точить с командиром, как с равным. Окромя подрыва дисциплины, ничего путного! – ворчал он осуждающе.
Но получалось как раз обратное: число дисциплинарных взысканий в роте резко снизилось. Солдаты старались чётко выполнять свои служебные обязанности, чтобы не вызвать неудовольствие командира и не слышать его сурово-насмешливого окрика:
– Ты что же это, курицын сын?!
Правда, «курицын сын» готов был провалиться сквозь землю, но не от страха перед наказанием, а от стыда.
Офицеры роты тоже часто присутствовали на беседах Борейко с солдатами. Всё это сплачивало роту вокруг командира.
Это вызвало общую сумятицу. Комендант крепости отменил все занятия, кроме строевых. Артиллеристы, пехота, минёры и сапёры по многу часов в день маршировали под барабан, учась проходить торжественным маршем перед начальством. Свободное от этих упражнений время посвящалось уборке территории крепости. Все перевозочные средства были мобилизованы на очистку от мусора, который не вывозился едва ли не со дня сооружения крепости.
Казармы чистились, белились, полы мыли до блеска, и по ним строго-настрого было запрещено ходить кому бы то ни было до приезда начальства. Батареи, крепостные дороги, склады, лагеря и даже уже разоружённые за ненадобностью укрепления тоже спешно приводились в порядок. Сам генерал Шредер, никогда не выезжавший из своего комендантского дворца, объехал в коляске крепость и сделал ряд замечаний.
Суетнёв по-своему готовился к встрече начальства. Он знал, что Никитин – артиллерист и, конечно, не преминет произвести смотровую стрельбу.
