Я стояла напротив кровати, сжимая голову руками. В комнате было темно, лишь слабое освещение подсвечивало измятые простыни на постели и мою перепачканную руку, которая касалась холодного металла замка. Чувствовалось острое напряжение в воздухе, будто сама комната дышала гневом и страхом....
Но сегодня баба Шура наготовила, по ее собственному выражению, на Маланьину свадьбу, так что после Васьки и мне осталась телятина под соусом бешамель (тает во рту), пирог с лососиной (съела с тарелкой) и цветная капуста, жаренная в сухарях (пальчики оближешь).
Но все аппетитные запахи перебивал знакомый экзотический аромат – аромат южной ночи, аромат незнакомых цветов и фруктов… в общем, я поняла, что баба Шура снова зажигала семисвечник.
– Ну да, – она не стала отпираться, – надо же было Васе его показать.
«Не надо», – подумала я, но говорить ничего не стала.
– Какой тебе Василиса показалась? – спросила я.
– Ну, что сказать? – вздохнула баба Шура. – Дура у нас Васька, это точно. А глупому человеку никакая красота не поможет. Вот ты у меня умница, голова у тебя на месте.
– Ну-ну… – Я отвернулась, ожидая, что сейчас она изречет что-нибудь банальное типа «Не родись красив, а родись счастлив» и так далее, как там по тексту.
Но баба Шура только задумчиво посмотрела на погасшие свечи и промолчала.
И только вечером, наевшись до отвала бабулиной замечательной еды и оставшись в своей собственной комнате, я наконец вспомнила о телефоне Арсения.
Я ввела пароль, который дал мне Гаврик, и открыла фотогалерею.
И да, там оказалась бесконечная вереница почти одинаковых фотографий.
Это были фотографии того самого таинственного двора, что расположен за стеной возле нашего бизнес-центра. Видимо, Арсений проводил много времени на седьмом этаже, откуда виден двор, и фотографировал.
Десятки одинаковых фотографий.
На некоторых снимках был верхний край глухой кирпичной стены, по которому змеилась колючая проволока. На других – пустой асфальтированный двор, посреди которого – невзрачное двухэтажное кирпичное здание.
Вот зачем делать столько одинаковых фотографий?
Наконец хоть что-то изменилось: в углу двора появилась уже знакомая мне серебристо-голубая фура…
И снова последовал добрый десяток одинаковых фотографий.
Наверное, Арсений снимал двор непрерывно, чтобы не пропустить какой-то важный момент.
Вот наконец из ворот кирпичного здания выехал черный внедорожник.
Я его тоже видела.
Десяток снимков зафиксировал этот внедорожник, еще десяток – то, как он въехал в фуру, а потом фура выехала со двора…
Ну, стоило ли тратить столько времени и сил на эти одинаковые фотографии? Я это все увидела за десять минут, пока стояла у окна на седьмом этаже…
Но главный вопрос даже не в том, зачем он все это снимал.
