Я стояла напротив кровати, сжимая голову руками. В комнате было темно, лишь слабое освещение подсвечивало измятые простыни на постели и мою перепачканную руку, которая касалась холодного металла замка. Чувствовалось острое напряжение в воздухе, будто сама комната дышала гневом и страхом....
Это котик мой! Он там, где-то застрял и на помощь зовет! Уж не знаю, как он туда пробрался, а только выбраться не может!
Этот дворник, как про котика услышал, прямо расстроился. Котик жалко, говорит, у меня самого есть котик. «Котик плачет – плохо, надо котик спасать!»
А как его спасать, спрашиваю, когда он за стеной. А там, вы же знаете, люди очень сердитые!
А он палец к губам приложил, и говорит: «Тсс! Люди там сердитые, но я знаю, как туда незаметно попасть!» Здесь, говорит, есть лазейка, про которую никто, кроме меня, не знает.
На этом месте рассказа Мишель Борисовны я насторожилась: значит, есть какая-то лазейка на ту сторону стены!
Я навострила уши и внимательно слушала.
– Так вот, он меня повел вдоль стены и показал одно такое место… в общем, здесь действительно есть лазейка на ту сторону… Короче, я туда пробралась и нашла Мурзика. Оказывается, он залез через окошко в подвал, а потом кто-то это окошко закрыл, и он никак не мог выбраться обратно… он так мне обрадовался! Тогда он и принял мое приглашение жить у меня дома…
Мишель Борисовна взглянула на часы, подняла брови домиком и озабоченно проговорила:
– Ох, заболталась я с вами, а у меня уже обеденный перерыв заканчивается…
Меня такой поворот сюжета никак не устраивал.
– И что, тут действительно есть лазейка, в которую вы смогли пролезть? – проговорила я недоверчиво. – Я понимаю еще, кот… он где угодно пролезет, но вы…
Я выразительно взглянула на нее.
Действительно, трудно было представить, что Мишель Борисовна, с ее внушительными габаритами, смогла пролезть через кошачий лаз.
Она поняла мой прозрачный намек и возмущенно запыхтела:
– Вы мне не верите?!
– Ну, не то чтобы не верю…
Мне вовсе не хотелось с ней ссориться, но я не знала, как еще можно заставить ее показать мне тайную лазейку на ту сторону стены.
Мишель Борисовна вскинула подбородок и процедила: – Я была о вас лучшего мнения! Ну так смотрите! – И она бравым шагом двинулась вдоль стены.
Я пошла за ней, довольная: моя простая провокация сработала.
Мишель прошла метров пятьдесят. В этом месте стена слегка изгибалась, почти вплотную к ней стояла глухая бетонная коробка с железными вентиляционными решетками – видимо, это была трансформаторная будка.
Мишель повернулась ко мне:
– Вот там, за этой будкой, и находится лазейка, о которой я говорила.
Я посмотрела с сомнением: на вид будка вплотную примыкала к стене.
