Повариха перехватывает крик и осторожно удерживает: Мама в больнице нуждается в помощи. Хотока суетливо спускается со второго этажа, оценивая состояние матери. Затем приказывает Марте отнести ее на второй этаж. Здесь начинается неловкий танец любящих сердец и неизбежное исправление обстоятельств....
— Государь Николай, вы останетесь на ужин? — интересуется Мадж.
— Думаю, нам всем нужно время, чтобы обдумать то, что сегодня произошло, — качает головой князь Залесский. — Княжна Анна, можем ли мы навестить вас завтра?
— Конечно! — киваю я.
— В таком случае, думаю, лучше завтра и продолжить наш разговор. Идёмте, государь.
Прощаемся, и они уходят. То, что отец пообещал учитывать моё мнение, обнадёживает. И если он действительно тот отец, которого я помню, то своё слово не нарушит… Получается, мне нужно познакомить его с Шарденом? Если я теперь дочка государя, выходит, моя жизнь должна измениться?
Только я начала думать, что всё идёт хорошо, как снова перемены.
Радость смешивается с тревогой, и непонятно, чего во мне сейчас больше.
Глава 17
Отец с князем Залесским прибывают сразу же после обеда. Увидев через окно, как они подъезжают к дому, спускаюсь в холл им навстречу. Этикет этикетом, но ведь он мой отец, и я очень рада тому, что он приехал.
Обнять не решаюсь, но тепло приветствую и приглашаю в гостиную.
Подхожу к принцу и беру его за руку:
— Отец, это мой жених — принц Шарден. Шарден, вчера выяснилось, что государь Николай Мирославский — мой отец, — они явно знакомы, но из-за волнения и непонимания, как ещё их представить, говорю первое, что приходит в голову.
— Вот как! — брови отца ползут вверх.
Принц выглядит невозмутимым, но каким-то образом ощущаю, что он тоже удивлён:
— Простите, что сделал предложение, не попросив у вас разрешения. Не знал, что родители Аннари живы.
В этот момент заходит Вариса. Заходит улыбаясь, но столпотворение в холле её явно озадачивает. Практически одновременно с ней со второго этажа спускается Мадж. Происходящее начинает напоминать болливудский фильм. Наверное, если сейчас кто-то начнёт петь, я не удивлюсь.
Выручает меня Мадж, которая знакомит моего отца с Варисой и объясняет, что она моя компаньонка.
Шарден всё это время не выпускает мою ладонь. Собственная порывистость сменяется неловкостью, держаться за руки кажется слишком интимным проявлением привязанности. Запоздало думаю о том, что наверняка нарушаю этим какое-нибудь правило этикета.
