В этом драматическом произведении описывается невероятное путешествие одного парня по стране, забравшего его в неволю. В пути он управляет всеми делами и встречами, скрываясь от множества задач, чтобы встретиться с своей любимой — женой, которую он несет на руках уже год, словно время было на одну ночь....
С таким количеством сюрпризов, что сегодня обрушивались на мою голову, в сидячем положении на полу было безопаснее всего.
— Реальнее не бывает. В свидетельство о браке загляни!
Пружинящей походкой Лера спустилась на первый этаж. Сама, как настоящая хозяйка, заглянула в холодильник и в два ближайших шкафа. Довольно хмыкнула себе под нос.
— Обещаю, с голода ты не умрешь, — вынесла она вердикт, присмотревшись к плите.
— Не помню, когда последний раз ел домашнюю еду.
Живот заурчал еще громче. Оставалось порадоваться, что у меня нет таланта чревовещания.
Решительности Лере хватило ненадолго. Выставив продукты на столешницу, она обернулась ко мне и скомканно улыбнулась:
— Если не понравится, можно будет заказать что-нибудь в ресторане.
— Я знаю, как еще можно решить эту проблему. Без ресторана.
Смотреть издалека, как красивая женщина суетится на кухне, было приятно. Какая-то дикая, варварская часть меня впала в блаженный транс от этой картины, но отвлечься все же пришлось.
— И как же? — Будто белье мешало ей, Лера осторожно поправила бретельку.
— Хм... — Я осмотрелся. — Берешь вот эту штуку, — указал на большую поварешку. — И по голове. Лучше несколько раз, до четкого «Вкусно».
— А так можно? Живого человека и по голове.
— Ну, я ж не какой-то посторонний живой человек. У тебя есть свидетельство о браке. Сама напомнила! Можешь ни в чем себе не отказывать.
— Боюсь, общественность мне не простит. — Лера сделала шаг назад. Прижалась спиной к холодильнику. — Никита Лаевский, ты все-таки известная личность. Один из лучших адвокатов страны.
— И это делает меня неприкасаемым для собственной жены? — Как в танце, я повторил за Лерой шаг и грудью еще сильнее впечатал ее в холодильник.
Желудок все еще порыкивал, но приоткрытые подпухшие губы оказались важнее. Устоять перед ними я не мог. Вспоминал вкус наших поцелуев и шизел.
— Не знаю... — Серые глаза вспыхнули, и ресницы дрогнули.
— А ты проверь!
Я сам положил руки Леры себе на плечи. Сам убрал с ее лица выбившуюся прядь волос. Ей оставалось только дотянуться до моих губ и поцеловать. Первой. Не дожидаясь моей инициативы.
Нужно было лишь чуть-чуть смелости и доверия.
