История о женщине, которая вынуждена была заключить сделку с загадочным мужчиной. Теперь, когда контракт истёк, она понимает, что её чувства переросли в настоящую любовь. Но он считает их договор завершённым. Сможет ли она признаться в своих чувствах или останется одна со своей болью?
А мне вдруг стало все равно, кто со мной рядом и сколько это будет стоить.
Глава 17
Лера
Наташа встретила меня без макияжа и без укладки. Вместо модного костюма на ней было домашнее платье, подчеркивающее огромный круглый живот. А вместо толпы поклонников — двое сыновей-погодок.
— Ты снова дирижабль? — Я отдала мальчикам пакеты с подарками и обняла подругу.
— Это было Лёшкино «Я успею остановиться». — Она рассмеялась. — Ты же знаешь: если он что-то вбил себе в голову, переубедить невозможно.
— Так главная тусовщица Питера сменила короткие платья на плюшевые костюмы и превратилась в многодетную мать.
— Ай, да какая из меня тусовщица! — Наташа кивнула в сторону мальчишек. — У меня уже пять лет только один ночной клуб.
— Детская комната? — Теперь рассмеялась уже и я.
— Иногда, когда не падаю от усталости после дня с этими орлами, еще и спальня, — важно поправила Наташа, а потом снова залилась хохотом. — Правда диджей там не меняется. Никакого разнообразия.
— Ты слишком плохо от него отбивалась.
Я наконец выпустила подругу из объятий и уже по врачебной привычке пробежалась внимательным взглядом с головы до ног.
Между нынешней мамой Наташей и моей прежней однокурсницей почти не осталось ничего общего, но глаза сияли неподдельным счастьем.
Я даже припомнить не могла, чтобы за все наши пять лет вуза Наташа так светилась. А еще не могла представить прежнюю королеву красоты с пучком на голове и шоколадной кляксой на платье.
От того, какой радостной и беременной выглядела Наташа, дух захватывало. И внутри, за ребрами, немного покалывало от белой зависти. Лёшка все же не зря столько лет укрощал эту строптивицу. А она не зря совершила настоящий подвиг, чтобы вернуть его после разрыва.
— Ты так смотришь, словно мне опять нужно разругаться с родней, лишиться всех средств и уехать за тридевять земель в поисках одного упрямого барана, — словно прочитав мои мысли, сказала Наташа.
— Мне кажется, теперь тебя никто не отпустит так далеко. Да и Лёшка наелся красотами севера.
— В жуткой однокомнатной квартире с орущим маленьким ребенком, — продолжила подруга. — О да!
Будто поездку на север за отвергнутым Ромео даже вспоминать было страшно, Наташа снова сгребла меня в объятия.
— Как ты сама, родная? — с такой теплотой произнесла она, что все мое веселье как ветром сдуло. — Надолго в наших краях?
Наташа прижала меня к себе еще сильнее, и я словно в прошлое вернулась. Туда, где можно было рассказывать обо всем. Делиться самым сокровенным.
