Автор
В зеркалах льда и рокочущих рек прорезались темные очертания древнего дракона. Хаджар бросился вперед, пытаясь увернуться от бесчисленных клинков, когда нежданно налетел первый удар меча. Его тело таинственным образом взмыло над полем сражений, словно прозрачная каскадер, и он уворачивался, как в бешеных пируэтах, прежде чем резко остановиться на острие ледяного меча....
Может она и не была человеком в полном смысле этого слова, но драконы так что находились в людском теле, что грань между жителями Семи Империй и Хозяевами Небес в какой-то мере становилось все более размытой, чем можно было бы подумать.
— Кто соорудил этот ужас?! — поразилась принцесса.
— Те, кто ходит местными тропами, — сухо ответил Гай.
Он занялся приготовлениями. Доставал из пространственного артефакта различные пилюли и колбочки и щедро вливал их себе в глотку.
— Немертвые… — с придыханием произнесла Тенед.
— Немного не так, Гевена, — усмехнулся в усы Абрахам. — мы ведь не единственный отряд контр… кхм… торговцев, которые пользуется портом Элифрейма. До нас были и другие. Да и будут, тоже… вот они и озаботились.
— Но…
— Ничего не растет в этих развалинах, — скупо перебил Гай. — никто здесь не живет. И птицы, которые вы видите там, это лишь тени прошлого, обретшие форму белых стервятников. Они — одни из самых опасных жителей Порта Мертвых. Если увидите их перья, не поднимайте, как бы вам сильно этого не хотелось.
— А предупредить раньше? — нахмурился Хаджар. Ему все меньше нравилось то, куда клонило это предприятие. Вот только свернуть с пути он уже никак не мог.
Сделка с Князем Демонов это не то, что можно так запросто пересмотреть.
Гай уже собирался что-то ответить, но Абрахам замахал руками и в привычной ему лисьей манере засмеялся.
— О, это целиком и полностью моя вина, — он картинно взмахнул рукой, будто находился при дворе и отсалютовал шляпой.
— И как, — Хаджар обнажил Алый Клинок и привычным жестом крутанул восьмерку. Привычка смертного — размять запястье и напомнить мышцам о балансе меча. — последний пункт часто помогает?
— Спроси у Гая, — впервые, за долгое время, подал голос лучник Густаф.
— Половине меня — помогло, — глотка Гая издала какой-то скрип, так что Хаджар не сразу понял, что это был смешок.
Полулицый, оказывается, знал, что такое юмор.
