Автор
В зеркалах льда и рокочущих рек прорезались темные очертания древнего дракона. Хаджар бросился вперед, пытаясь увернуться от бесчисленных клинков, когда нежданно налетел первый удар меча. Его тело таинственным образом взмыло над полем сражений, словно прозрачная каскадер, и он уворачивался, как в бешеных пируэтах, прежде чем резко остановиться на острие ледяного меча....
Что же, не так и плохо… если не считать города, полного мертвых и моста, сделанного из их костей.
Глава 1276
Глава 1276
Гай, все еще не обнажив своей секиры, первым ступил на мост. И по одному только его шагу было понятно, что даже само продвижение внутрь города легкой прогулкой никому не покажется.
Вторым номером за секирщиком отправился, непосредственно, сам Хаджар. Он уже, однажды, в Грэвэн’Доре имел возможность пройтись по зачарованному мосту.
В тот раз, права, подобное приключение удалось обернуть с пользой для себя и Хаджар смог продвинуться дальше в изучении свитка Пути Сквозь Облака.
Но теперь…"
"Первый же шаг на мосту, обернулся для Хаджаром неожиданными мурашками. Ему вдруг показалось, что еще одно движение и его настигнет неминуемая гибель. Так, словно он шел не по широкому и, неожиданно, крепкому сооружению, а ступал по лезвию косы Жнеца.
Собравшись с силами, Хаджаром мысленно отсек эти переживания от себя. Отодвинулся от них так, словно возможная смерть была лишь небольшой неприятностью, но не более того.
Повернувшись, он протянул руку Тенед.
Принцесса, все такая же бледная, сперва потянулась к ней, но затем гордо выпрямилась и смело ступила на мост без всякой поддержки.
Хаджар мысленно кивнул.
Все же, она была наследницей всего Белого Дракона, дочерью Императора Драконов. Она не могла вечно полагаться на других. Будь то Чин’Аме, сестры Маган или новоявленный Герой Рубина и Дракона.
Сделав первый шаг по мосту, принцесса дрогнула и замерла. Её взгляд слегка потускнел.
— У меня есть эликсир, который погрузит её в лечебный сон, — тихо произнес Гай.
Даже несмотря на то, что весь отряд Абрахама и Хаджар не испытывали каких-то чрезвычайных трудностей на этом проклятом, во всех смыслах, мосту, речь все равно давалась тяжело.
— Не надо, — вместо Абрахама ответил Хаджар. — я не смогу защитить её, если она будет все время бес сознания.
Остановившись, они наблюдали за принцессой. Хаджар догадывался, что происходило внутри её сознания в данный момент.
Принцесса еще никогда прежде не была так близко к смерти. И, в данный момент, её душа сражалась с тем, что понимает каждый воин и странник — ты не вечен и однажды найдется то, что положит конец твоему пути.
И такое сражение можно лишь выиграть. Потому что, проиграв, ты уже больше никогда не покинешь отчего дома и в каждом шорохе, в каждой тени, будешь видеть неминуемую гибель.
Это даже не трусость.
Трусость, лишь признак того, что ты не смог победить свой страх.
