Автор
В Главе 876 открывались глаза — но это было трудное увлечение. Кожа тела ощущала мелкую дрожь и холода, заставляя Хаджара нервно сжать ладони в замок. Перепутанные мысли и последние крохи обморочного сна не помогали разобраться в реальности — где-то между болью груди и темнотой....
— Вааааар! — демон, рыча, крушил своим энергетическим молотом камни.
Щебень, разлетавшийся от его ударов, пробивал стволы деревьев, превращая их в решето.
— Варвар! — Эйнен открыл свои нечеловеческие, фиолетовые глаза. — Вместе!
— Давай!
Хаджар направил поток мистерий в сторону Эйнена. Тот сделал тоже самое. Радужная Обезьяна подняла щит черепашьего панциря. Он замерцал, засиял нефритом, а затем влился внутрь свернутого вокруг адептов драконьего хвоста.
Из призрачно серого тот преобразился в такой же зеленый, как недавно — щит Эйнена.
Хаджар с удивлением понял, что если бы они с Эйненом продолжили держать защиту по отдельности, то ничем хорошим для отряда это бы не закончилось.
Как минимум, многие лишились бы своей Императорской брони, в которую к этому моменту уже все успели облачиться.
Ударами молота элемент крушил каменную гробницу, а Анетт, крича от невероятной боли, когда вены её уже побелели, что, учитывая черный цвет кожи, выглядело весьма жутко — отпустила белую субстанцию.
Хаджар, будучи готовым к чему угодно, все равно попал под влияние заклинание. Он пошатнулся, концентрация на мгновение была нарушена и хвост дракона начал мерцать.
Несколько мелких камней пробились сквозь защиту. Один из них, увязнув в видоизмененных доспехах Зова Хаджара, врезался ему в плечо.
Удар был такой силы, что Хаджар не сомневался в том, что при всей его телесной стойкости, все равно останется гематома.
От белой субстанции, все же принявшей очертания клыкастого, явно не человеческого черепа, расходились волны настоящей смерти.
Не угрозы убийства, не эхо оружия, а именно волны смерти. Они заставляли траву и деревья на глазах усыхать и обращаться в прах. Воздух начал пахнуть кладбищем, а по спине побежал марш характерных мурашек.
Разбив каменные оковы, элемент бросился вперед. Череп, оставив позади себя шлейф умерщвленного пространства, ударил ему прямо в грудь.
Не было ни взрыва, ни свистопляски феерии красок энергетических всполохов.
В клыках заклинания трепыхался силуэт человека. Формы лица, проглядывающиеся в мареве, ясно давали понять, что он принадлежал племенам Зеленого Дома.
— Спасибо, — прозвучал его шепот, после чего исчез и некромантский череп, и силуэт чернокожего мертвеца и сам гуманоидный вихрь.
