Автор
Глава 1071 в "Сердце Дракона" оживляет мир погружением Хаджара в медитацию. Его тело растворяется в ветрах, сердцах и стенах замка — привычно и ново одновременно. В этот момент он понимает, что каждый звук и движение вокруг него составляют часть его самого.
Ведь Морган не был причастен к миру Земли, он даже не знал о драконьем сердце, бьющемся в груди Хаджара. И это внушало едва ли не ужас.
Ужас, что кто-то игрался с интриганом, уровня Моргана, так же, как тот с собственными пешками. Походя. Даже не замечая.
Проклятье…
— Вы можете быть свободны, генерал Дархан, — Морган откинулся на спинку стула. — остальные подробности вам, дабы не нарушить клятв, знать ни к чему.
Хаджар поднялся и посмотрел в глаза Моргану. Если он не ошибся и понял намек правильно, то это был последний раз, когда они разговаривали.
И Хаджар хотел, видят Вечерние Звезды и слышит Высокое Небо, он хотел ненавидеть этого человека. Хотел, но не мог…
Потому что если он не ошибся… если это действительно был намек, то…
Хаджар глубоко поклонился, после чего развернулся и отправился в сторону трапа.
Завтра его ждала битва, от которой он не мог отказаться.
Не мог отказаться ради своей сестры, её мужа и их сына. Но не из-за пустой угрозы, которую произнес Император Дарнасса.
Обещания, которое слишком искушало, чтобы не поддаться на его зов.
Глава 1119
Глава 1119
Хаджар сидел в позе лотоса. Чуть поодаль от общего лагеря, он вглядывался в бесконечные звезды, застывшие в ночной мгле. Холодные и безразличные, но уже не такие безмолвные, как прежде.
Хаджар слышал их свет. Он сплетался с шорохом травы, которая качалась в ожидании капель утренней росы. В пении ночных птиц и цикад.
И все это звучало ветром, шелестящим в волосах Хаджара. Играющегося с его фенечками.
— Дзиньк-дзиньк, — звенели они.
Имя Ветра. Вечно изменчивое, но такое знакомое. Каждое мгновение оно менялось, обновлялось, умирало, рождалось и вновь изменялось. Начиная произносить его в одной форме, Хаджар заканчивал уже совсем в иной.
И как это происходило — он не мог никому объяснить. Ибо даже одна подсказка, мог разрушить душу и разум того, к то его услышит.
Это чем-то походило на клятву…
Лишь призрачный, самый легкий намек мог быть дан ищущему истины, чтобы не навредить им обоим.
Проклятые интриги…
— Отведи меня, — прошептал Хаджар, когда Ветер наполнил его душу. — отведи меня домой…
* * *Если бы кто-то мог видеть незримое, то заметил бы, как из груди сидящего в позе лотоса воина вырвалась птица Кецаль.
