Автор
Глава 1071 в "Сердце Дракона" оживляет мир погружением Хаджара в медитацию. Его тело растворяется в ветрах, сердцах и стенах замка — привычно и ново одновременно. В этот момент он понимает, что каждый звук и движение вокруг него составляют часть его самого.
* * *На рассвете, с восточного горизонта степи начало приближаться нечто. Нечто, состоящие из легионов Ласкана, маршем идущих по высушенной солнцем земле. Нечто, состоящие из огромных кораблей, хищными птицами и небесными монстрами рассекающих килями величественные облака этих простор.
Нечто в виде исполинских големов, некоторые из которых были так велики, что доставали плечами до тех самых кораблей, плывущих среди облаков.
И все это море из людей, конструктов и кораблей, из пушек и ездовых животных, из людей и нелюдей, надвигалось на западную половину степей, но, так и не пересекая условного центра, застыло на месте.
От общей махины отделилась маленькая точка, которая вскоре предстала в образе плывущей по небу лодки. С неё, по трапу, сходила Регент-Мать. Она шла в сопровождении одного единственного воина. В алом плаще, в алой броне, отливающей золотом и сталью, он возвышался над ней на две головы.
Почти два метра ростом. Широкий в плечах. Массивный, но быстрый и такой же верткий. Скорость и ловкость чувствовались в каждом его шаге, в каждом движении, исполинского, двуручного меча за его спиной.
Сильнейший из мечников Семи Империй. Тот, кого уважал даже Орун.
Что же, может это была именно та схватка, к которой Хаджар приближался все эти годы? Чтобы узнать, чтобы проверить, насколько он продвинулся к своей цели, насколько готов бросить вызов седьмому небу.
— Детоубийца! — прошипели белоснежная Регент-Мать, делая дерзкий и открытый шаг вперед, но Алый Мечник галантно, и в то же время строго, поставил перед ней руку.
— Странно слышать эти слова из твоих уст, старая сумасшедшая, — усмехнулся стоящий рядом с Хаджаром Морган. Что же, значит виделись они не в последний раз…
От обеих армий, численность которых даже вообразить было сложно, в центр вышло лишь по два человека.
— Мальчишка, — Регент-Мать повернулась к Моргану. — ты безумен! А тому, что ты задумал, никогда не суждено сбыться! Тебе никогда не позволят! Никто и никогда не позволит появиться на свет второму Эрхарду!
— Ну и прекрасно, — пожал плечами Морган.
— Что же — ты и станешь им. Первым, самым известным глупцом во всей истории Белого Дракона. А теперь давай принесем клятвы и покончим с этим! Я слишком долго ждала увидеть кровь этого детоубийцы!
Они вышли друг перед другом и, хором, нараспев, произнесли длинные, витиеватые клятвы. Хаджар не особо слушал то, что они говорили.
