– я готова понести наказ…
– А знаешь – почему? – перебил невидимый обладатель голоса.
Азрея не знала. И это, кажется, было написана у неё на лице. Она не видела собеседника, но точно знала, что тот развернулся к ней спину, а к пруду – лицом. Он тоже вглядывался в его бездонное пространство. Интересно, что мог там видеть властитель всего Безымянного Мира?
– Когда-то очень давно, юная дева, когда еще мир пылал жаром юности, сюда проник смертный волшебник.
– Смертный? На Седьмое Небо? Но разве такое возможно?
– Возможно, – она все так же не видела, но голос ей “кивнул”. – Если обладать силой и хитрость. Но не мудростью. Мудрый не станет искать то, что прячется от него.
Азрея вновь промолчала. Редкий, даже старший бог может похвастаться, что хотя бы посетил Яшмовый Дворец, не говоря уже о беседе с самим Императором.
И Азрея, если бы не сопровождала своего генерала на награждение, так никогда бы сюда не попала. И, тем более, не посетила Запретный Сад.
– Я вижу, ты задумалась о награждении… не переживай – Золотого Генерала сейчас беспокоит куда более… интересные события, чем беседа со стариком.
Азрея чуть покраснела, но промолчала.
Все на седьмом небе знали, как усердно Золотой Генерал пытался снискать внимание одной из Изначальных – богини любви. И, видимо, после краткой стычки с силами Зимнего Двора на дальней границе седьмого неба и мира духов, он, все же, добился своего.
– Этот волшебник, – внезапно продолжил Яшмовый Император. – он пытался отыскать то, что не должно было никогда найтись. И его действия прокляли этот пруд и с тех пор, кроме искомого, он показывает ложное. И все знания, что ты обретешь с его помощью, станут порочны.
– Мой Император, я…
– Но, как бы сказала моя дочь, такова твоя судьба, офицер Азрея, Небесный Клык. Я могу сказать лишь то, что тот, кого ты искала, сейчас находится в другом месте. Недоступном для взора Небесного Ока. Но с ним все в порядке. Во всяком случае – он еще жив.
Азрея отшатнулась. Ей ладонь инстинктивно потянулась к рукояти меча, но она вовремя остановила порыв. Какой бы глупостью было бы с её стороны обнажить меч в присутствии Яшмового Императора.
– Кровавый Генерал… – казалось, обладатель голоса не заметил секундной заминки. – мне всегда было интересно – он мог отыскать в этом пруду ответ на вопрос, который мучает его до сих пор. Вот уже тысячи эпох… но вместо этого, он нашел старый, черный гроб. Гроб, чья судьба была никогда не открыться. Но, все же, он открылся…
– Но если такова была его судьба, то…
– Я расскажу тебе то, о чем не ведает даже моя дочь, юная Азрея, – голос внезапно оказался так близко к прекрасной деве, что та могла ощутить его дыхание на своем лице. – Судьба – самая горькая ложь и самая сладкая правда.