Никому ведь не нужно, чтобы узнали, что это не натуральный мрамор. Что настоящая скульптура, помнящая причину, по которой колона имеет свое название, стоит на чьей-нибудь даче. Город копий.
Город копия.
Борис выдохнул и посмотрел на низкие, серые тучи. Он подставил лицо потокам дождя и прикрыл глаза.
— Что я здесь делаю? — выдохнул он.
Когда-то давно, десятки лет назад, он всеми силами старался забыть Город. Забыть больницу. Врачей.
Забыть Елену…
Но каждый раз, возвращаясь сюда, возвращаясь в Город, он не знал.
Не знал, почему не чувствует себя здесь чужим.
Глядя на то, как суетились редкие прохожие, запрыгивая в неповоротливые, старые автобусы, скользящие по разбитым дорогам куда-то по неизвестным ему маршрутам. Наблюдая за сценами, разворачивающимися в залитых светом, дорогих, вечно полу пустых ресторанах.
Одинаковых сценах, но с разными актерами.
Дешевые ботинки работяг стучали среди изысканных фасадов зданий, каждое из которых легко могло стать изображением на какой-нибудь туристической открытке.
И даже огни высотный башни, расположившийся на берегу моря, на севере города, никак не портили этой картины.
Он достал сигарету.
Та мгновенно взмокла под дождем, но все равно зажглась.
Затянулся.
По всей стране бросали эту вредную привычку.
Но не в Городе.
Он сидел на скамейке в пустом сквере. Кормил крыс остатками не такой вкусной, как продавали около больницы, шавермы, курил и смотрел перед собой в серость и грязь.
— Хорошо, что я успела вас застать, профессор!
Он повернулся на звук.
Там, около статуи молодой девушки, стоял некто в пальто и смешных кедах. Он курил и кормил голубей. К нему подбежала девушка и протянула зонтик, чтобы накрыть мокрого, седеющего мужчину.
Они о чем-то начали говорить.
Борис не слушал.
Он смотрел на статую. Девушка, смотрящая куда вдаль. Вуаль тянулась мраморным ветром за её спиной, а волосы раскинулись по плечам. И ветви раскидистого дерева накрывали эту статую.
Так знакомо…
Хаджар открыл глаза.
Тяжело дыша, вонзив меч в землю перед собой, он, опираясь на него, поднялся на ноги.
— Проклятье, — процедил он и сплюнул. — Сколько можно…
— Это в последний раз.
Хаджар выпрямился и выставил перед собой Синий Клинок. Сначала ему показалось, что он стоит где-то на поверхности — так было светло и ярко. Но затем понял, что слева и справа от него возвышаются два каменных клыка. Над головой же пылает яркое марево желтого света.
— Что… как…
— Ты уже владеешь частицей знания, молодой воин. Тебе не зачем проходить лабиринт и сражаться со своими демонами, чтобы я понял, достоин ли ты знания Принесшего Свет. Ты уже давно победил своих демонов и обрел покой, хоть пока и сам не ведаешь о том.
— Кто ты?! — Хаджар заозирался по сторонам. Он стоял совсем один посреди каменного плато.