Безумный Генерал прошел весь край смертных, пересекая королевства, империи и чужие земли. Теперь перед ним открывается новый путь — к Седьмому Небу. Что ждет героя в неизведанных высотах? Начинается последний этап его легендарного восхождения.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сердце Дракона. Том 20» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Безумный Генерал прошел весь край смертных, пересекая королевства, империи и чужие земли. Теперь перед ним открывается новый путь — к Седьмому Небу. Что ждет героя в неизведанных высотах? Начинается последний этап его легендарного восхождения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кирилл Сергеевич Клеванский Самиздат подборки серии
Безумный Генерал прошел весь край смертных, пересекая королевства, империи и чужие земли. Теперь перед ним открывается новый путь — к Седьмому Небу. Что ждет героя в неизведанных высотах? Начинается последний этап его легендарного восхождения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце Дракона. Том 20» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Помню, как он пытался нам помочь, а затем его порвало в клочья Правилом Старика. Кровь, кишки, сломанные кости — все как положено. Так что в том, что он помер — сомневаться не приходится. Я и сам бы его подозревал, но… нет, Хаджар. Это ложный след.
Генерал мысленно согласился с доводами Шакха, но все еще никак не мог отделаться от ощущения, что они что-то пропустили. И дело не в словах Нарнира, хотя и в них тоже, а в чем-то…
Хаджар огляделся. Ветер игрался со снежным покровом, поднимая в воздух мерцающие брызги. Скрипели ставни, шуршали меховые плащи воинов. И все выглядело так, как и должно было, за одним исключением.
— Непривычно, — прошептал Шакх, сжимая и разжимая кулак. — Без Реки Мира…
Может быть действительно — генерал чувствовал себя не по себе именно из-за этой “маленькой” детали.
Так или иначе вскоре они дошли практически до края деревни, где увидели неприметный сруб, размерами чуть больше, чем хватило, чтобы назвать его хозяйственной пристройкой.
Воины убедились в том, что троица зашла внутрь, после чего Хаджар увидел из небольшого окна, как пара из них осталась нести дозор у входа, а остальные направились в обратный путь.
— Шакх! — раздался радостный выкрик. — Алба…
Артеус не договорил. Он молча проводил взглядом гнома, доковылявшего до угла. Албадурт, отставив костыли, держась ладонями за стену, тяжело опустился на стул и уставился все тем же пустым взглядом куда-то в пространство.
— А, Артеус, — произнес он сухим, мертвым голосом. — Рад видеть… Лэтэя… она выздоравливает, да?"
"Артеус, сжав кулаки и сцепив зубы, с гневом смотрел на костыли гнома, словно чувствовал собственную вину в том, что не смог сберечь товарищей. Но куда ему, пусть и гениальному волшебнику, против Правила. Удивительно, что он вообще, пусть и с помощью Лэтэи, смог спасти им жизни.
— Албадурт, я… — Артеус снова не договорил. Да и словами здесь не поможешь.
Хаджар похлопал волшебника по плечу, после чего подошел к кровати. Под одеялами и шкурами, с влажным компрессом на голове, лежала Лэтэя. Её бледное лицо покрылось испариной, дыхание звучало рвано, напоминая загнанную лошадь. Она иногда дергалась, но привязанные к ножкам кровати запястья и лодыжки удерживали Лэтэю на месте.
Хаджар провел пальцами по её щеке. Местами холодная, как мертвец, а местами — жарче молодого пламени.
Её явно лихорадило.
Около изголовья стояла простецкая тумбочка, на которой стояло несколько глиняных мисок, какие-то душистые травы и два кувшина — один с теплой водой, другой с холодной.
— Что сказала лекарь?
— А откуда вы…
— Старейшина Арад, — Шакх, аккуратно опустившийся на угол кровати, с болью в глазах смотрел на Лэтэю. Как бы остер на язык не был Пустынный Волк, но он знал цену слова “дружба”.
