Безумный Генерал прошел весь край смертных, пересекая королевства, империи и чужие земли. Теперь перед ним открывается новый путь — к Седьмому Небу. Что ждет героя в неизведанных высотах? Начинается последний этап его легендарного восхождения.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сердце Дракона. Том 20» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Безумный Генерал прошел весь край смертных, пересекая королевства, империи и чужие земли. Теперь перед ним открывается новый путь — к Седьмому Небу. Что ждет героя в неизведанных высотах? Начинается последний этап его легендарного восхождения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кирилл Сергеевич Клеванский Самиздат подборки серии
Безумный Генерал прошел весь край смертных, пересекая королевства, империи и чужие земли. Теперь перед ним открывается новый путь — к Седьмому Небу. Что ждет героя в неизведанных высотах? Начинается последний этап его легендарного восхождения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце Дракона. Том 20» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Он рассказал, что к вам приходила его сестра — знахарь и что она пыталась вылечить Лэтэю.
— Пыталась, — кивнул Артеус, после чего начал менять компресс. Снял повязку со лба Лэтэи, отжал её в ведро, после чего смочил в холодной воде и положил обратно. — Я сперва не понимал, что она говорит, а потом Эрда… так её зовут, выдала мне амулет.
Волшебник продемонстрировал точно такую же деревянную плашку, какие носили Шакх с Албадуртом.
— Наговорила непонятных слов, — продолжил Артеус. — Что-то про Правила, про травму души и про то, что тело Лэтэи можно вылечить, но Старик ранил её душу. И без нужных ингредиентов, Эрда бессильна.
Хаджар вздохнул. Он уже знал, что за ответ получит на свой вопрос, но все же не мог его не задать:
— Сколько?
— От двух дней до недели, — голос Артеуса слегка дрожал. — После этого начнутся необратимые процессы и душа Лэтэи либо покинет её тело, либо окажется разрушена.
Хаджар ненадолго задумался, что означала эта фраза — “душа будет разрушена”. Неужели Правила были способны лишить адепта посмертия? Но как это вообще возможно?
Круг перерождения нечто непреложное для Безымянного Мира. Вечный круговорот душ, сменявших рождение смертью и так до бесконечности.
Но если душу можно было разрушить, то, получается… перерождение лишь очередная иллюзия? Но зачем тогда оно вообще нужно?
— Нам нужно отсюда выбираться, Хаджар, — Шакх поднялся с кровати и посмотрел в окно. — Какие бы сладкие слова не говорил Арад, но мы здесь пленники. А учитывая ту небольшую сцену, которую ты вызвал своей сраной откровенностью — нам тут даже в таком качестве не рады. А знаешь, что делают правители с теми чужаками, кто вызывает недовольство и гнев их народа? Или тебе напомнить, что произошло в оазисе Курхадана?
Курхадан… как же давно это было и…
В дверь постучали, после чего на пороге появился все тот же старейшина Арад. И на его лице с легкостью можно было прочитать подтверждение слов Шакха.
Глава 1784
Старейшина, все так же тяжело опираясь на посох, подошел к противоположному краю кровати и опустился на меха. Некоторое время он смотрел сперва на лицо Лэтэи, затем на костыли Албадурта, а после — на изуродованное лицо Шакха.
Хаджар же заметил, что воинов на улице не прибавилось. Как стояли двое, так и остались все те же — двое.
— Я хотел обойтись словом, Хаджар, сын Хавера, — старик обхватил посох обеими руками и опустил на них голову. — Но слово не сможет унять пожар в сердцах моих людей. Придется решать вопрос делом.
Хаджар обошел старейшину и встал напротив.
— Что это значит? — спросил генерал.
— Это значит многое, Хаджар, — Арад снова посмотрел на Лэтэю. — Вы пришли непрошеными гостями в наш дом. Но все же — гостями. Мы разделили с тобой хлеб и кров. Ты человек, и я человек.
