Автор
Внутри тепла и тьмы она открыла глаза. Запах огня напомнил ей о людях — темных существах, которые создают и используют его во всем. Словно рычание дракона на фоне шелеста змеи в траве, человеческая жизнь кажется почти невероятной.
Её когти закалились в крови двуногих, с которыми она билась вместе с Хаджаром.
Она была сильна и…
Клыки сомкнулись в воздухе.
Когти высекли искры о камень.
Дерзкого двуногого не оказалась перед ней. И, до того, как она успела отпрыгнуть в сторону, мощные лапы сомкнулись на её горле. Они сдавили её крепче большой змеи. Начали душить.
Она била лапами, стучала хвостом, пыталась дотянуться пастью до двуногого, но тот сжимал все крепче и крепче. В её груди разгорелся пожар. Перед глазами стало меркнуть.
Её охота заканчивалась.
Прости, Хаджар…
* * *— Проснулась?
Она открыла глаза. Наглый двуногий сидел перед ней у костра.
Принюхалась.
Пахло кровью бизона.
Повернулась в сторону запаха.
Там лежала еще истекавшая кровью туша. Почти падаль. Но она слишком хотела есть, чтобы привередничать. Сил, после схватки, почти не оставалось.
Она набросилась на мясо. Рвала его когтями и разрывала клыками. Кровь проливалась ей на шерсть. Но ничего страшного. Она слижет её позже.
Солнце сделало два шага с момента, как она проснулась и как закончила с тушей.
Она следила за ним. И ей радовало, что на одной из его лап она заметила следы от своих когтей.
— Ты про это? — двуногий указал на свою лапу. — небольшая царапина, не переживай.
Снова вызов?!
Она зарычала.
На этот раз её прыжок будет быстрее и сильнее. И она не промахнется!
* * *— Проснулась?
Она снова открыла глаза. Перед ней опять лежала туша бизона. Какая это была уже по счету? Двадцатая, тридцатая? Сколько прыжков к двуногому она совершила? Но каждый раз, тот оказывался быстрее.
Она не успевала.
Но на этот раз… пока тот ожидает, что она броситься к пище, она рванет из последних сил и вцепиться ему в глотку.
Она прыгнула. Ветер запутался в её всклоченной шерсти. Её глаза сияли первобытной яростью. Она не позволит какому-то двуногому держать её в плену, пока её Хаджар охотиться!
— Трудно обучаема, — вздохнул двуногий.
В его лапе сверкнул длинный коготь.
Она изогнулась в воздухе и упала на землю. Следом за ней потянулась длинная полоса крови, а сама она не чувствовала правой лапы. Вместо этого — пожар жгучей боли.
Она лежала на земле, а двуногий, с когтем в лапе, стоял над ней. Такой маленький, что она могла бы без труда раскусить его надвое, но… не было сил, даже чтобы пошевелиться."
"— На вершине горы к северу, — двуногий указал верное направление.
