Автор
Встречаются два сердца на просторах Владимирской губернии в далеком 1843 году. Таня Захарова готовится к первому балу в своем имении, но при этом чувствует душевную связь с неким незнакомцем. Атмосфера овеяна тайнами и неведомыми взаимоотношениями между людьми, заставляющими переживать поистине нечеловеческие чувства....
Но отчего она так озлоблено смотрит на неё? Почему ненависть читается в её взгляде?
— Bonjour, madame, — сказала Татьяна, желая нарушить столь волнительный зрительный контакт.
— Надо же! А вы оказывается умеете говорить! Я приехала сюда, только с одной целью: сказать вам, что вы не получите моего внука, а ваш байстрюк никогда не будет носить фамилию Езерских, вы поняли?
Изабелла смотрела на девушку, и поняла, что та без боя не сдастся. Её волевой подбородок поднялся вверх, а глаза ярко загорелись.
— Вы не можете этого сделать! Алексей сам решит, будет ли ребёнок носить его фамилию или нет, — Татьяна пошатнулась, чувствуя, как закружилась голова.
— Алексей не может принять такое решение, потому что дрался из-за такой poule(фр. — шлюхи) как вы! Теперь его пошлют на Кавказ или в Сибирь. Но с моими молитвами деве Марии он встанет на ноги и узнает, какая вы, — подходя к девушке, она резко взяла её руку и стянула с безымянного пальца кольцо.
Неожиданно дверь гостиной открылась, и на пороге появилась Юлия Николаевна
— Madame, попрошу вас не повышать голос на мою внучку, — сказала она, поддерживая Татьяну.
Юлия Николаевна, в очередной раз почувствовала, как разрывается сердце, когда она смотрит на Тату. Уж лучше бы она вышла замуж за Игнатьева и жила не великой любовью, но хотя бы уберегла своё сердце. Но видимо от судьбы не убежишь.
Когда-то жизнь жестоко разлучила её с человеком, которого она любила, но судьба внучки тоже отдана в руки этой семьи.
"Оттого сердце разболелось, стояло ей увидеть молодого Езерского. Она смирилась с жизнью. И хотя она уважала мужа, никогда она не испытывала тех чувств, которые она испытывала к Андрею.
Усадив внучку на кушетку, она погладила её по плечу.
— Всё хорошо, моя дорогая, тебе нельзя волноваться, — сказала Юлия Николаевна, поворачиваясь к Изабелле:
— Madame, вы искалечили много жизней и погубили немало людей, может уже пора прекратить это и позволить своим близким быть счастливыми?
— Mademoiselle Васильева? Это вы? Вы знаете, не удивлена, что вы не смогли найти лучшей партии, чем мелкий уездный дворянин.
— Замолчите! Вы сами разрушали жизнь своего сына, сделав так, что он подался в армию. Если бы не вы, Андрей был бы жив! — воскликнула она.
