Автор
В кромешной тьме свечка пламенеет, выхватывая в темноте обнажённое мужское тело на скамье. Я ойкнула и тут же прикрыла рот ладонью. Обнажённый несгибаем — даже если краснеют щеки так, что могут осветить камеру лучше свечи, я сильнее прислужника темного бога.
— Но разве можно что-то изменить? Или не все решено?
— Пожалуй, что нельзя, — покачал головой отец. — Я оказался слабым правителем, не сумев обуздать Орден. И Губерт этого не исправит — слишком прямолинеен и не умеет просчитывать хотя бы на пару шагов вперед.
— А Роналд?
Когда я росла во дворце, про второго моего брата говорили, дескать, умен не по годам. Но с тех пор, как я стала узнавать о своей семье лишь по слухам, о Роналде я не слышала ничего.
— Если сумеет вернуться. — Отец поморщился.
Не то чтобы меня сильно волновало, в чьих руках окажется власть. И все же почудилось мне в словах отца противоречие.
— Но как Орден укрепит свою власть, лишившись магии, если вся его сила происходит из нее?
— Орден окажется в куда более выгодном положении, чем светские власти.
И в самом деле. Когда люди отходили от тела, на их лицах словно расцветала надежда.
С другой стороны — на что еще им надеяться? Тем, чья жизнь предопределена самим рождением: дед пахал землю или шил башмаки, и отец, и сын, и внуки, и правнуки будут пахать или шить… Тем, кто приходит в обитель за исцелением, потому что нанять лекаря не на что. Им остается лишь молиться и верить в божественную справедливость, потому что на земле они ее не видели.
И снова мне впору было бы испугаться собственных мыслей, но сейчас я повторила бы их в лицо и королю, и Первому брату.
— Так что Орден продолжит благословлять, а люди — верить. Да и ваши целебные зелья не целиком замешаны на магии, насколько я знаю."
"Я кивнула. Некоторые снадобья, потеряв волшебную силу, перестанут действовать — вроде того обеззараживающего средства, что, лишившись магического компонента, осело кристаллами.
