В кабине офицера Громова завязывается скрытая войной драма: между нежданной удачей и опасностью, страстями и рисками. Петер Михайлович не верит в чудес, но неожиданная встреча с бывшим другом заливает его сердце новыми чувствами — отчаянием, надеждой и таинственностью....
Петр обошел незнакомку со стороны здоровой руки, взял её за локоть, закинув сумку на плечо.
Блондинка молчала. Больше ничего не говорила. Шла рядом с ним, стараясь не отставать, за что он мысленно её похвалил. В целом Петр отделался малыми «жертвами». Он держался рядом с девушкой. Мало ли. Ему не нравилось то, в каком состоянии она находится. На лице Громов успел рассмотреть несколько ссадин, губы оказались тоже разбиты."
"Дождь поутих, зато поднялся ветер. Дул он прямо в лицо, создавая дополнительные неприятные ощущения.
Девушка стойко преодолела расстояние до склона, даже умудрившись ни разу не споткнуться. Шла, упрямо переставляя ноги. Петр то и дело поглядывал на неё. Она была ниже его на голову точно. Куртку так и не застегнула, свела пальцами полы и кое-как держала.
У склона блондинка остановилась и шумно вздохнула.
— Я не поднимусь.
Удивительно дело, но в её голосе не осталось и намёка на истеричные нотки. Четкая констатация факта.
— Я помогу.
— Саша… там? — она указала подбородком наверх, туда, где виднелись очертания внедорожника.
Сергей включил дальний свет. Правильно сделал — не хватало ещё, чтобы и их бортанули.
— Да.
— Господи, — выдохнула девушка и сделала шаг вперед. Нога в коротком ботинке тотчас поехала вниз.
Помимо куртки и ботинок на незнакомке было черное платье ниже колен. В такую погоду только в платье щеголять! Особенно, собираясь в дальний путь на старой машине и с маленьким ребенком. Петр оценивающе прошелся взглядом по спине девушки и невольно остановился на широких бедрах.
А талия-то тонкая…
Правильно говорят, мужики в любой ситуации остаются мужиками, и даже сейчас Громов оценивал незнакомку и с мужской позиции. Более того, в нем, помимо раздражения, которое никуда не делось и продолжало плескаться в груди, росла потребность рассмотреть блондинку более дотошно. Умыть, причесать и взглянуть на неё… голую.
Н-да… Громов, ты точно не приложился головой о руль?
Он встал за спиной девушки. При других обстоятельствах, не задумываясь, обхватил бы пятерней её ягодицы и подтолкнул бы кверху.
Сегодня всё же обойтись придется.
— Руку давай.
— Болит…
— Здоровую давай! — раздраженно бросил Петр. И, не дожидаясь её реакции, сам взял за ладонь и потянул за собой.
Ладонь у незнакомки оказалась узкой, мягкой и холодной. Успела девочка замерзнуть.
Плач они услышали, ступая на обочину дороги. Девушка сразу же дернулась вперед и, уже не обращая ни на что внимания, устремилась к машине.
Громов тоже последовал за ней.
