Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 5 — читать онлайн бесплатно полностью

Огромный, больше любого тяжеловоза, и при этом сложенный как мориск, он как раз выяснял отношения с другим жеребцом, пониже, но помощнее. Бретеры изгибали шеи, становились лбами друг к другу, как спорящие коты, замирали и вдруг с ревом вскидывались на дыбы. Столкнувшись, кони опускались на все четыре ноги, поворачивали и бежали вперед до следующей сшибки. Думать, с какой скоростью твари помчатся за чужой кобылой, не хотелось. Огненному коню варастийка почти не уступала, не уступит и сейчас. В самом деле, кому по силам догнать молнию? Не туче же!

– Ну что ж, моя хорошая, – Ли тронул Проныру коленом, вынуждая перейти некую черту, – давай!

Варастийка не подвела: рыжая стрела ринулась вперед, обошла грозовой табун на полсотни корпусов, вылетела наперерез, вскинулась на дыбы и, заржав, понеслась в сторону, за звездой, вдруг полыхнувшей бешеной синевой.

– Может, хватит? – взмолился под кошачьи вопли Дювье. – Не вышло и не вышло… Выловим их, ну тех, кто от своих отстанет.

– Давай, я к зайчику, – Салиган зажимает руку платком, – прямо сейчас. Что ты не Эмиль, а Шарли не Шарли, они по таким погодам не разберут.

– Мост взорвем, – напоминает бывший сержант. – Готово же все!

– Нет. – Он попробует снова, эта тварь должна свернуть, и дело не в Зале: если сейчас выйдет, то… Рано загадывать! Сперва надо сделать. – Раймон, Дювье, повторяем."

"Белоснежные гиганты продолжают свою то ли битву, то ли пляску, гнаться за кобылой они не желают. Остается развернуть вожака как-то иначе. В полях Эпинэ тебе бы такое не удалось, но здесь огонь становится дверью, а понсонья – лестницей. Страшно? Не страшней того, что уже за спиной. Нужно делать то, за чем пришел, или вовсе не приходить.

Которого же выбрать? «Мориска»! Хвататься за огонь страшно, хвататься за туман, за небытие страшней стократ. Если прогадаешь, затеряешься в рухнувших наземь облаках, задохнешься в воющем снегу, угодишь под свинцово-серые копыта… Чушь, ты должен, можешь и сделаешь! Табун подчинится, как подчинялись армии, и пойдет, куда нужно тебе. Вот за этой слабенькой звездочкой, что неспешно смещается к востоку.

Первой подчиняется Проныра, она опять не хочет идти и опять идет. Он тоже не хочет – и, сжав зубы, перепрыгивает на спину снежно-облачного зверя. Зверя? Все, слово сказано. Свист ветра становится конским храпом, пустота, которая тебя несет, наливается упругим холодом, как плотью. Это – тело, тело лошади, сразу мертвой и живой, вечной и живущей лишь миг. Она злится, она хочет пить, ее жажду утолит лишь пойло, которое она давно чует и к которому рвется.