— Просыпайся, спящий красавец, — насилу весело сказала я, чтобы хоть как-то себя приободрить. — И не убегай больше от своей жены. Жена скучает и мерзнет одна в постели.
Ворон переступил на раме, встряхнул крыльями и каркнул. А вот его-то Рейн услышал! Король «очнулся», забрал у меня вазу и прицельно запустил прямо в птицу. Ворон такого кощунства не выдержал и исчез, я потрясенно охнула, а ваза разбилась о стену позади зеркала.
— Плохо ты с династическим духом обращаешься, — выдохнула я, надеясь, что сейчас-то он меня услышит.
Не услышал! Странно: ворона он видит и слышит, а меня нет. Пока я думала над этой странностью, на голове моего сиятельного супруга появилась корона. Раз появилась — значит, таково желание короля. Но зачем ему сейчас корона? Он собирается совершить какое-то ритуальное действие? Во сне? Или это не сон?
Вряд ли я могла получить ответы на свои вопросы, просто задав их, так что я решила просто наблюдать.
Рейн шагнул к зеркалу. Двигался он так тяжело, словно его сдерживали кандалы.
Ворон улучил момент и спикировал на короля. Рейн, как всегда, феерически отразил атаку — поймал птицу на подлете и отшвырнул куда-то как можно дальше от себя. Ворон хрипло, яростно закаркал, кувыркаясь в воздухе и теряя перья. Но духам такое не страшно: птица взмахнула крыльями и снова налетела на Рейна. В этот раз, правда, атака была коварнее, ибо ворон себя размножил, и теперь с короля сорвать корону пыталась целая стая.
Пока дух и король развлекались, я осмелилась подойти к зеркалу ближе. Зеркальная поверхность дышала холодом, словно кто-то с той стороны включил кондиционер на полную мощность.
Темнота зеркальной глади затягивала, а холод манил.
Ну, нет! Не надо нас никуда манить!
Я развернулась и подбежала ложу. Сдернув с него покрывало, я накинула его на зеркало, стараясь не касаться черной поверхности. Вороны затихли, безумное карканье перестало действовать на нервы; на нервы теперь действовала исключительно тягостная тишина.
Я оглянулась. Рейн замер на месте. Контакт с зеркалом прерван? Корбиниан «спал», но рука его все еще неуверенно касалась короны. В Аскаре очень много ритуальных действий и по этикету и по потокам. Не значит ли это, что кому-то очень нужно, чтобы король Аксара сам отдал корону?
Тогда понятно появление духа-ворона. Он не дает отдать корону.
И я не дам. Не потому, что переживаю за Рейна и его статус короля, и не потому, что у меня неожиданно пропал страх и появилась смелость противоречить неведомым врагам.
