— Парис из Диносов, больше не являюсь частью клана Хищных Клинков! И пусть от меня отрекутся великие праотцы и да сгниет моя кровь!
Жуткий шрам появился на его правом плече. А, спустя несколько секунд, таким же обзавелась и его мать.
— Ты настоящий гер… — Парис Безродный не смог договорить.
Силы оставили маленькое тело мальчика и тот упал в лужу дождя и крови. Вернее — упал бы, если бы его не подхватил Хаджар.
Он, зажав нос ребенку, вложил ему в рот несколько алхимических пилюль. Тот сделал глотательное движение и, меньше чем через удар сердца, рана на его груди затянулась, оставив после себя длинный шрам.
— Почему ты делаешь это, воин? — впервые, за все время, подала голос мать Париса.
Хаджар поднял на неё взгляд.
— Возьмите, — он протянул пространственное кольцо, снятое с пальца офицера. — В нем достаточно денег, чтобы уехать и осесть в любой стране. Еще там есть несколько пилюль, артефактный меч и свиток с техникой. Если Парис захочет — он может её выучить.
Женщина, бывшая аристократка, а ныне гонимая и безродная мать с ребенком, приняла кольцо.
— Почему? — спросила она еще раз.
— Надеюсь, у него сложится хорошая судьба, — чуть печально улыбнулся Хаджар.
Ударившая с неба белая молния унесла из замка и лежащего без сознания Париса и его мать.
Хаджар, устало утирая лоб, прислонился спиной к стене и так по ней и сполз. Он смотрел на небо и сиявшие там звезды.
Знал ли Учитель Травеса, способный сознанием пронзать время, что однажды техника меча, которую однажды создаст Травес, пройдет через руки Хаджара и, улучшенной, попадет в руки Парису Безродному, истинному гению духа меча.
— “Меч Легкого Северного Бриза”, - прошептал Хаджар. — мое первое, пусть и не самостоятельное, творение. Интересно… делает ли это Париса моим учеником?
Хаджар сидел и смотрел на звезды. Холодные и безжизненные. Далекие вспышки прошлого, принесенные в настоящие со скоростью, немыслимой ни для смертного, ни для адепта.
Боги, говорили древние в мире Земли, наблюдают за нами глазами нашего прошлого и глаза эти — звезды.
Хаджар, однажды, совершил ошибку. Но именно эта ошибка указала ему, в этот вечер, истинный путь. Он не был легким. Он не был простым.
Именно таким путем и учила идти честь.
Древние говорили — “пойти по кривой дорожке”. Но бесчестие не идет по кривой тропе. Она идет по прямой, чистой, гладкой, ровной и простой дороге. Легкой тропе.
Кривая дорожка, извилистый путь, покрытый бурьяном, с жуткими монстрами по пути, со смертью под каждым углом — это правильный путь.
Остальные лишь слепо бредут за своим поводырем по простому пути. Пути, который ведет в никуда.
— Переобщался с Эйненом, — резюмировал Хаджар. — а может, просто, вечер такой — философствовать тянет.
— Да, вечер действительно странный.