И плевать, что на мне его бомбер, в конце концов, он подарил мне его на день рождения! За весь вечер Красильников и слова мне не сказал, наверняка не горит желанием общаться. Да и о чем?
– Эссенцева, ты там уснула?! – вопил Кулаков.
– Тьфу ты, черт, – буркнула я и вылезла из машины.
Не совру, если скажу, что это была самая веселая и смешная фотосессия в моей жизни. А еще самая теплая, ведь, помимо близких сердцу людей, я запечатлела родные пейзажи. Потом Степа вырвал у меня из рук фотоаппарат, аргументировав, что меня тоже следует сфоткать в общей компании, и поставил рядом с Красильниковым. Милена, моя любимая коза, «случайно» подтолкнула меня к Алику, так что на фото мы получились словно прижавшись друг к другу в приближающемся поцелуе, да еще и с вытаращенными глазами.
После фотосессии Алик закусил губу, разглядывая меня, а я, прежде чем раскраснеться, капитулировала к столу. Пообещав отправить фото всем на почту, я посмотрела на Аню и задвигала бровями.
– Ну что, ребят, нам пора… – начала Аня, кивнув мне.
– Так, стоп, какое «пора»?! Мы только начали! – стукнул кулаком по столу Женя.
– А мы вот точно поедем. – Степа сжал руку жены и поднялся из‐за стола.
– Конечно, вас никто не держит. А вот вас, – указал на нас пальцем Миша, – никто не отпускает.
Аня бросила на меня извиняющийся взгляд и пожала плечами. Класс! Боже, пошли мне терпения!
– И что же вы планируете с нами делать? – спросила я, приподняв бровь.
– Оу… – выступил Черный, потирая ладони. – У меня много предложений, но для начала можем поиграть в этот… как он там, японский твистер?
– Русский! – хором ответили мы с девчонками.
– Решил молодость вспомнить? – усмехнулся Миша.
– А я предлагаю волейбол! – поднял руку Андрей.
– В машине. Сейчас принесу.
Костер отбрасывал теплый блеклый свет на волейбольную площадку (вернее, песок), сетка давно отжила свое и висела на уровень ниже, чем того требовали правила игры, но какая разница? Я бы с удовольствием размяла руки и отвлеклась от непрошеных мыслей. А, нет, отвлечься не получится.
Красильников снял куртку и обнажил свои притягательные руки, испещренные шрамами и ожогами.
– Слушай, Гайка, мне кажется, я эту куртку на тебе три года назад видел, – внезапно подметил Миша, и, как назло, подметил громко.
Наши с Аликом взгляды пересеклись, я отвернулась первой.
– Э… ну, не все могут позволить себе новую куртку, как и поездку в Италию.
Я по‐ребячески высунула язык и побежала к девочкам.
