С утра до вечера мой предательский мозг прокручивал запись, где Алик шепчет мне что‐то на ухо. Что же он говорил? И почему так нежно держал на руках? Заметил ли он, что на мне его бомбер? Вопросы пожирали меня изнутри. Я старалась не сильно радоваться встрече, чтобы потом не разбиться, упав с небес надежд и грез. Если он узнал меня, то почему не пришел в больницу?
Алик изменился. Он стал еще выше, чуть изменил прическу, стал стричься короче, его каштановые волосы сильно потемнели, став почти черными. Лицо осунулось, но глаза остались такими же теплыми. Боже, я так ждала нашей встречи, а в итоге ничего о ней не помню! Столько месяцев я представляла, каково будет встретить его. Что я скажу? Наверное, развернусь и убегу, проглотив язык. А что бы сказал он? Чувствовал ли он то же, что и я, все это время? Смог ли найти ту, что дарит ему это самое «магическое прикосновение», которого мне так недостает?
– Прости, дорогая, я просто хочу знать, что с тобой точно все в порядке, – сказала Милена, коснувшись моей руки. – Значит, Юлиана должна встретить тебя у входа в метро?
– Да. Спасибо вам большое за помощь и за вещи. Если бы я потеряла еще и камеру, то лучше бы меня оставили прямо в пекле, – тяжело вздохнула я.
– Тогда встретимся завтра на ВДНХ? – спросила Аня, останавливаясь у дверей метро.
– Да, конечно! Если что, спишемся. Люблю вас!
Обняв девчонок, я спустилась в метрополитен. У выхода с «Алексеевской» меня поджидала Юлиана. На подруге было серое пальто, волосы собраны в хвост. Она покачивалась с пятки на носок, наблюдая за выходящими людьми.
– Привет! – махнула я.
– О, Эссенцева! Как же я рада тебя видеть! Ну что, пойдем смотреть наши новые хоромы?
– Конечно! – усмехнулась я.
От метро мы шли не больше десяти минут. Общежитие располагалось в старой пятиэтажке. Панельный дом с несколькими подъездами. Юлиана провела меня на четвертый этаж и отворила дверь.
– Жесть, – первое, что сказала я, увидев аляповатые желтые обои.
– Мы теперь буквально живем в желтке, – улыбнулась Юлиана.
Я натянула улыбку и поставила сумку на стул. Зря. Послышался треск, стул развалился, и содержимое сумки рассыпалось по полу.
– Ну… есть небольшие… недостатки… – хмыкнула Юлиана, пожав плечами.
– Боюсь спросить, стоит ли ложиться на кровать… – рассмеялась я.
– Ты располагайся, а я схожу пока за продуктами.
Юлиана развернулась на каблуках и скрылась за дверью. А я осталась наедине с собой в этой давящей желтизне с шаткой мебелью.
