– Очаровательно, – Алва коснулся розовеющего атласа, – и как гармонично!
– Я старался, – скромно признался маркиз, – но мысль сего пантеона по большому счету украдена у виконта.
– Ты просто не видел моего пуза, – объяснил Ворону успевший сесть Марсель. – Оно было на пуговицах и осталось в посольстве; покойному анаксу очень нравилось.
– Значит, – Алва тоже присел, – пузо, будучи предоставлено самому себе, размножается и видоизменяется, но своей сути не меняет. Вернее, своей сути не меняют те, кого с его помощью ловят.
– О да! Подманить много о себе полагающего петуха, дав ему повод для насмешек над поваром…
– …подставить кастрюлю и посолить…
– Отличная тактика, даже не будь Валтазара…
– …можно спасти… если… доверите секрет…
– …посольство… нынче… Свободный дом…
Салиган, Валме и Рокэ то ли обсуждали что-то нужное, то ли просто болтали в ожидании призрака. Робер сперва пытался слушать, потом – хотя бы не видеть забившую храм разномастную пошлятину. Катарина, вернувшись в свои бывшие комнаты, радовалась, что их не узнать. С Рокэ тоже сталось бы радоваться, это графиню Савиньяк при виде надорских вепрей трясло.
– …захватили посольский квартал…
– …одинокая крыса имеет больше шансов…
– Крыса? Какая крыса…
– Это метафора, – объясняет Валме. – Согласен, она бестактна, но вы вроде бы не следили за разговором.
– Не следил. – По большому счету Салиган и вселился-то не к Алве, и лучше он, чем пустота в чужих цветах, в цветах убийцы Катари…
– Мои коллеги, – влез со своей улыбочкой дукс, – устроились в посольском квартале, благо он огорожен. Со свободным городом един только я!
– Да, я всегда стремился к свободе и покою…
– …еще не видел столь непристойных стрелок…
– …память… о конхессере Гамбрине…
Надо пересесть на упертую из королевской музыкальной софу и попытаться заснуть. Пусть Ворон с Валме потрошат привидение сами, Иноходцы в гончие сроду не годились. Скоро придется бегать, мерзнуть, может быть – драться, а сейчас делать нечего. Во время мятежа, маршальства, проэмперадорства он засыпал в седле, на любых скамейках, чуть ли не на ходу, это сорочье гнездо ничуть не хуже. Лилий здесь больше нет, некому их носить и некуда, Сэц-Ариж так и не встретился со своей рыженькой, сестра вернулась в родную Ариго, а девочка с иконы?
– Раймон, – он спросит, не может не спросить! – Где Катари? Пусть без сапфиров, только скажите, где?
Салиган заржал, Алва улыбнулся.
– Там же, где и была, полагаю.
