Ночь скрывается в тени старого особняка, когда звуки выворачиваются из сумочки Насти. Она торопливо снимает моменты: на одной фотографии — руку женщины, словно вывернутую с боку, на другой — странный взгляд Даня, который осторожно исследует тело лежащей в прохладе преступницы. Настоящие опасности прячутся за кажущейся спокойной атмосферой этого элегантного дома....
Настя так обрадовалась, словно встретила среди тайги близкого и приятного человека.
– Мила!
Та остановилась и оглянулась. Настя заковыляла к ней.
– Мила, вы меня не помните? Я в институте на прослушивании была, я вас видела вместе со Светой Дольчиковой. Там еще этот… Игорь Маркович был! Помните?
Мила пожала плечами.
– Наверное, помню, а что такое?
– Да я хотела у вас спросить! С вами поговорить! То есть, просто спросить, а можно и поговорить!
– Господи, то спросить, то поговорить, – нетерпеливо перебила Мила.
– А когда вы освободитесь?
Тут она неожиданно засмеялась.
– Часов через десять-двенадцать, – сказала она. – А что такое случилось?
– Нас Олег Аллилуев пригласил, – вставила Джессика и опять попала в точку.
– Олежка? – обрадовалась Мила. – Нужно было так и сказать! Он еще не подъехал! Вы полезайте в гримваген, – она подбородком показала на микроавтобус. – Там, по крайней мере, тепло. Я сейчас прибегу.
И умчалась.
– А чего такое гримваген? – спросила Джессика.
Настя, не отвечая, забралась по ступенькам, распахнула дверь, чуть не упала и головой вперед ввалилась в теплое нутро микроавтобуса.
Здесь горел яркий свет, было сильно натоплено, диваны по обе стороны прохода завалены какими-то вещами. Пахло кофе и табаком, одним словом, рай.
Настя повалилась на диван, кое-как отпихнув барахло, проворно расстегнула пряжки на проклятущих туфлях, скинула их и застонала от счастья. И закрыла глаза.
Рай, рай.
– А чего тут делают, в этой машине? – спрашивала Джессика.
Она повернула кран. Вода пошла. Джессика восхитилась.
Настя так и сидела, закрыв глаза. Ледяные скрюченные пальцы на ногах постепенно оживали, расправлялись, и вдруг страшно зачесались. Настя принялась остервенело чесать ноги друг об друга.
…Как же она домой поедет? Босиком? Пытку туфлями она больше не вынесет!
Распахнулась дверь, заглянул какой-то парень:
– Мила здесь?
– Убежала.
Дверь захлопнулась.
– Насть, – сказала Джессика. – Чего ты все время молчишь и на меня внимания не обращаешь?
– Я обращаю.
– Я ж не виновата, что тебе ноги натерло! Ты мне скажи, для чего нужна такая машина, а? С краном! Со светом!
– Для съемочной группы, – объяснила подкованная Настя туманно. – Ты что, в интернете никогда не видела, как кино снимают? Тут можно посидеть, если… если дождь. Или подождать, если надо ждать.
