Ночь скрывается в тени старого особняка, когда звуки выворачиваются из сумочки Насти. Она торопливо снимает моменты: на одной фотографии — руку женщины, словно вывернутую с боку, на другой — странный взгляд Даня, который осторожно исследует тело лежащей в прохладе преступницы. Настоящие опасности прячутся за кажущейся спокойной атмосферой этого элегантного дома....
Очередь к буфетной стойке была длинной и состояла почти из одних мужчин в пиджаках, а тут непристойное урчание, словно тигр рычит поблизости!..
Тонечка выхватила мобильный телефон, прижала к уху и заговорила сразу довольно громко:
– Нет, Кать, я не в офисе, я как раз на выезде. Сегодня совещание назначили, я сразу сюда поехала, а то в жизни бы не добралась!.. Да все нормально, как обычно, времени только много потеряли, но на совещаниях всегда так!..
…Возьму порцию сосисок. Нет, нет, сарделек!.. Сейчас мужик брал, там целых две сардельки!.
…Или лучше сосисок? Что ближе к ЗОЖу, сосиски или сардельки?..
Да ладно!.. ЗОЖ сегодня отдыхает. Сегодня время сарделек!
И еще возьму, пожалуй, бутерброд с копченой колбасой. Очень симпатичные бутерброды."
"Рассматривая еду, Тонечка все продолжала нести какую-то ахинею в молчащий телефон, очередь двигалась небыстро, и вдруг ни с того ни с сего телефон зазвонил – прямо ей в барабанную перепонку!.
– Мам, это я, – мрачно сказала дочь. – Я уехала на пробы. Когда буду, не знаю.
– Настя, ты только телефон не выключай, – попросила Тонечка умоляюще.
– Мать, ты че? Совсем? Это же пробы! Про-бы!.. А если телефон зазвонит, когда меня будут снимать?!
Тонечка вздохнула.
…Вот бедолага. Ее единственная, горячо любимая дочь – бедолага и дурачишка.
Набрав еды, Тонечка ушла в самый угол – хорошо, что место освободилось, – стряхнула с пластикового стола крошки, расставила все так, чтоб было красиво, полюбовалась, оглянулась воровато, словно подруги по ЗОЖу и тренажерному залу могли сию минуту вбежать в буфет, чтобы осудить ее и отнять еду, и вцепилась зубами в сардельку.
Сарделька брызнула соком, обожгла небо, и это было такое наслаждение!.. Ах, какое это было наслаждение – откусывать от сардельки большие куски, торопливо жевать, обжигаться, утирать рот дохлой салфеточкой, запивать пепси-колой, вздыхать от счастья и предвкушать еще бутерброд, кофе и пирожное «картошка» – два!.
– Можно к вам? Мест нет совсем.
Тонечка с сарделькой в зубах согласно закивала, потом подняла глаза и…
…Елки-палки, лес густой, ехал Ваня холостой…
– Приятного аппетита.
– А-и-о, – промычала Тонечка с набитым ртом.
…Лучше бы в этот буфет явились разом все ее подруги по ЗОЖу и йоге.
