Ночь скрывается в тени старого особняка, когда звуки выворачиваются из сумочки Насти. Она торопливо снимает моменты: на одной фотографии — руку женщины, словно вывернутую с боку, на другой — странный взгляд Даня, который осторожно исследует тело лежащей в прохладе преступницы. Настоящие опасности прячутся за кажущейся спокойной атмосферой этого элегантного дома....
– Да, но сегодня утром он умер.
– Логично, – неожиданно заключила Зоя. – Вы хотите вести следствие?
Тонечка еще немного помолчала.
– Моя дочь нашла тело актрисы Дольчиковой. Дольчикова погибла во время приемных экзаменов в театральном институте.
– Я читала в новостях.
– На следующий день я встретила на работе вашего мужа. Он был пьян, плакал и кричал, что Свету убили и его тоже убьют. Я хочу выяснить, как связаны две смерти – вашего мужа и Дольчиковой.
– Беспокоитесь за дочь?
– Да, – просто сказала Тонечка.
– Понятно.
…Если без лицемерия, пронеслось в голове у Тонечки, то все просто и понятно.
Зоя встала, подошла к столу и нажала кнопку на телефонном аппарате.
– Наташ, сделайте нам чаю, – попросила она задумчиво. – Или вам кофе?
– Лучше кофе.
Зоя вернулась на свое место напротив Тонечки, села боком и стала рассматривать весеннее небо за окном.
– Не знаю, говорил вам Саша Герман или нет, но мы с Василием много лет не живем вместе. Считать его подружек я давно перестала, кто там к нему ходил, когда, зачем! Понятия не имею.
– Но он вам все время звонил, – утвердительно сказала Тонечка.
Зоя перевела взгляд на нее.
– Откуда вы знаете, если с ним не жили?
– Я слышала, – объяснила Тонечка. – В буфете. Он плакал и кричал, что должен вам позвонить, вы что-нибудь придумаете.
– Ах, слышали!..
Дверь распахнулась без стука, и девушка из приемной внесла поднос с чашками и чайником. Еще, кажется, были конфеты. Тонечке очень хотелось есть.
Должно быть, есть конфеты в этом кабинете не полагается, и держат их исключительно для посетителей, но она съест! Возьмет и съест… две! Она же и впрямь посетитель!
Голодный.
"– Он звонил, это правда, – сказала Зоя, когда за секретаршей закрылась дверь. – Мы разошлись, но он был абсолютно уверен, что его проблемы как были, так и остались моими. Он не хотел ничем заниматься, кроме… творчества. Никогда.
Тонечка слушала очень внимательно.
– И вы решали его проблемы?
– По привычке. Мы прожили вместе лет пятнадцать, за это время вырабатываются вполне устойчивые привычки.
Тонечка отлично знала про «устойчивые привычки» и про то, как они вырабатываются!.. После смерти мужа она много лет прятала прикупленную на Новый год бутылку шампанского так, что ее потом никто не мог найти, даже она сама.
– Ему в голову не приходило, что мы разойдемся, и тогда он станет жить без всякого моего участия. Меня это забавляло. Я ему даже как-то сказала об этом! Но он не очень понял, что я имею в виду.
