Я помогала им так же, как и британским солдатам – но ведь и любимую собаку я бы тоже лечила, не приравнивая ее при этом к людям! Милосердие ли это? Никогда прежде у меня возникало подобного вопроса – я была уверена, что знаю на него ответ. Но теперь… Теперь мне кажется, что я нащупала истину – суть милосердия в Любви. Суть его в том, чтобы видеть в любом человеке брата своего или сестру, и неважно, какой у него разрез глаз или форма ушей! А то, чем занималась я, было продиктовано стремлением убежать от необходимости быть женой, подчиняясь своему супругу… а я хотела быть свободной. Хотела быть при этом еще и нужной… Но не обязанной. И чтоб никто не смел меня осуждать, а, напротив, всячески поощряли. Но нет, не ради похвалы или славы я все это делала… Наверное, основным моим побуждением было доказать, что женщина может многое… я стремилась показать, что стойкость и мужество присущи ей в той степени, что и мужчинам. Пожалуй, суть моих устремлений заключалась в том, чтобы общество посмотрело на женщину по-другому, чтобы оно наконец признало за ней право выбора!
И тут меня просто поразила одна мысль… Занимаясь своей сестринской деятельностью, идя против воли родителей и общественного мнения, я боролась с закоснелостью мышления нашего общества, которое лишает женщину многих прав, отводя ей определенную роль – ту, которая представляет собой обслуживание интересов мужа, семьи, и не более того. Кухня, воспитание детей, рукоделие – этим общество ограничивает сферу применения своих способностей для женщин.
