Начиная августа 1933 года в Юте, США, Джон находит себя уединенным среди деревьев. Его мир на смену доброты и надежды привносит мрак и бедность: белые уже ходят голодными, дети выставлены на продажу, а вот дома забывают полностью. Тихая вера в лучшее исчезает вместе с приходом очередной встречи, где всё лишь усугубляет его собственный страх и беспомощность перед неизвестностью....
Это была вынужденная необходимость, и я старалась не думать о том, что они не подготовленные, и даже если заметят приближающихся всадников, и успеют предупредить нас, мы ничего не сможем сделать. А следующим утром случилось то, что лишило нас связи с нашими остальными землями – вскрылась река. Лед шел огромными голубыми торосами, наползал друг на друга и застревал в поворотах, выталкивая часть льдин на берег.
Лишь бы Бор не приехал с опущенной головой, лишь бы он был жив! Юта не отходила от меня, и постоянно напоминала, что нужно сделать то и это, Севар занимал детей, которых теперь на наш двор приходило много – работы было много, и женщины не справлялись.
Я видела эти взгляды – женщины, наверно, винили меня за то, что их мужья не вернулись, как и Драс. И в какой-то момент я услышала разговор на скотном дворе, где наравне со всеми занималась уборкой и кормежкой.
- Дался им этот север, и стоял бы еще там за рекой, зачем она повела их туда, это она не давала карлу покоя, - женщина подметала у коров, а вторая орудовала лопатой.
Всех женщин, что смогли прийти, я собрала в большом доме через день и рассказала – что произошло с нами в этом походе. Они слушали молча, но я очень хотела, чтобы они поняли главное.
- Из леса на нас выходило не меньше пятидесяти человек.
- Хоть мужики бы в поселке были, - начала было женщина.
- Если бы их застали в кровати, толку то, что мужики дома? – я знала, что виновата, и знала, что приход южан – совпадение чистой воды, которое могло случиться только в одном проценте случаев.
