– Рука девушки потянулась к двери, но Кларский перехватил ее.
– Сиди здесь, – велел Никита. – Сам посмотрю, что там.
«Черт, одни проблемы», – подумал он, точно зная, что сейчас заявит Карлова.
– Нет, я с тобой, – замотала головой девушка, подтверждая его догадку.
– Я же сказал, сиди тут, – рявкнул на нее парень.
– Без но. Я сказал – ты останешься тут. Тут.
– Но там моя сестра кричит!
Молодой человек тяжело вздохнул и не менее тяжело выдохнул, стараясь держать себя в руках.
– Она – а ты сама не уверена, твоя это сестра или нет – кричит там, а ты меня задерживаешь здесь своим детским поведением. Ника, просто сиди тут и не высовывайся. Если с твоей сестрой что-то случилось, я помогу ей. Но прошу тебя, не усложняй ничего сейчас. Слушай меня.
– Хорошо, – кивнула испуганная девушка. – Хорошо, я буду тут.
– Обещаю, – пришлось сказать той.
– Я скажу тебе одну вещь. Запомни ее.
Девушке показалось почему-то, что сейчас он скажет что-то вроде: «Я люблю тебя», но Кларский произнес:
– Если меня не будет дольше пяти минут, уходи отсюда и иди к КПП. Поняла меня? – Он говорил спокойно, словно и не понимал того, что Ника испугалась. Уже потом, размышляя надо всей этой пугающей ситуацией, девушка поняла, что Кларский говорил все это таким тоном не потому, что подобные ситуации были для него привычными, и сам он – черствым и плохим, а потому, что не хотел сильно пугать ее.
Лицо у Ники вытянулось. Вроде бы еще совсем недавно, казалось бы, пару мгновений назад, все было хорошо, а сейчас, после крика и слов Никиты, вдруг резко стало очень плохо.
Вновь раздался вопль – правда, вновь очень резко оборванный, как будто бы кричащей девушке заткнули рот. Ника от непонятного, вновь нахлынувшего прибрежной волной страха, даже задышала чаще.
– Поняла? – вновь спросил ее светловолосый парень совершенно спокойно, но вместе с тем серьезно.
– Славно. Сиди тут. – Никита взглянул на девушку и ободряюще ей улыбнулся, а после вышел из машины. Он ловко подтянулся, перелез через забор и скрылся из виду, оставив нервничающую Нику одну.
Он осторожно проникнул в дом через открытое окно небольшой комнаты, хотя была открыта входная дверь, что Кларского очень насторожило. Было у этого парня какое-то освоенное чутье на опасность, и сейчас Никита явственно чувствовал, что-то в этом доме не так.
