Автор
Герой в бегах, его жизнь на грани, когда каждый шаг становится катастрофой. В тайге шепчутся заговорщики и казнокрады — Леха это знает по опыту. А страна была другим местом: мирный, хотя и не безоружный народ ждал лишь своей доли справедливости. Теперь же все законы подрывались, и любой шаг может быть последним.
– Глупость это Гринина была, – мрачно вздохнул Васильев. – Не сумел сущность свою анархическую сдержать, за что и поплатился. И мне все дело испортил.
– А куда малец понесся? – не унимался самый старший по возрасту из солдат, задумчиво глядя вслед Лехе. – Он же вроде говорил, что по тайге верхом не проехать.
– Это нам с тобой не проехать, а он эти места как свой карман знает. Небось, уже к селу подъезжает, – фыркнул Васильев. – Черт, такого проводника потеряли.
– А чего это Гриня на него так вызверился? – продолжал недоумевать пожилой солдат.
– Тебя тогда с нами не было, – вздохнул в ответ один из бойцов. – Этот паршивец двух наших голыми руками ухайдакал, и Грине приклад винтовки пулей разбил, когда тот попытался его на прицел взять. Знаешь ведь, Гриня, чуть чего, привык сразу за оружие хвататься. Вот Лешка его и угомонил из револьвера. А как он стреляет, сам видел.
– Да уж, ловкий, бесенок, – одобрительно усмехнулся пожилой.
– Вот Гриня ему и не простил. А тут, похоже, анархист наш где-то черту перешел, ну Лешка его и шлепнул, – закончил рассказчик, слезая с коня и подходя к телу.
– И чего теперь будет? – не унимался пожилой.
– А это вон, у комиссара спроси, – посоветовал боец, поднимая упавшую винтовку и доставая из вещмешка кусок холстины.
– Ничего не будет. Сам виноват, – угрюмо проворчал Васильев и, взяв себя в руки, приказал: – Грузите его на коня и поехали. И так времени много потеряли.
* * *Комиссар Васильев был прав, когда говорил, что Леха в этих местах знал все тропки и тайные дорожки. После ссоры парень оказался в деревне уже примерно через два часа, тогда как отряду предстояло проделать путь в пять часов. Здесь не было никакого злого умысла. Леху просили показать места, где хунхузы перебирались через границу, и вообще провести отряд по тем местам, где обычно двигались казачьи разъезды. Так он и сделал. А вот показывать тропы, по которым можно было добраться до нужного места гораздо быстрее, его никто не просил.
Войдя в дом, где его определили на постой, парень осмотрелся и принялся быстро собирать свои невеликие пожитки. Раз уж так сложилось, что пришлось пристрелить одного из отряда, значит, нужно срочно уходить. Власти подобных вещей не прощают. Это Леха знал еще по прежней жизни. Бывало, что казаки сходились в драке с солдатами, и таких случаях в дело всегда вмешивались власти. Казакам приходилось туго, даже если они были правы.
