Он погиб в сражении племён, в том последнем, когда бились против Старых Людей.
– Я был там! Был! – горячечно воскликнул старик.
– И, возможно, сражался плечом к плечу со своим сыном.
– Чёрт! Чёрт! – ударил он кулаком в ладонь. – Пётр прав! Прав! Отцы должны знать своих детей! Должны! Может, если бы я стоял рядом… я… я… Я не знаю.
– Не кори себя. Случилось так, как случилось, и этого не изменить.
– Нельзя войти в одну реку дважды. Так говорит Пётр.
– Мудро… Расскажи о нём.
– Да, я расскажу о нём тебе всё, мой Ручеёк.
Контроль над процессом – наше всё. Пока всем показал, что и как делать, пока наладил взаимоотношения с трудящимися, пока то да сё… Хорошо, на каждый участок у меня есть «опытный специалист», который сразу стучит мне, ужасному, о происходящем, и я тут же произвожу коррекцию. Не сказать, что работа в руках первобытных людей прямо горит, но при определённом контроле дела идут. Что радует.
Счёт по фингалам, полученным и розданным, 3:12 в пользу Яра. Отличный результат. Вот что делают тренировки животворящие. Выяснение всех спорных моментов кулаком – общепринятая кроманьонская практика. В данном случае Яр доказывает не право сильного, а право умного. Право командовать, право указывать, как делать, потому что знает. У Яра с пацанами и начинается с классического: «Умный, что ль», и прям в глаз – н-на! Знакомо, правда? У человечества и через пятьдесят тысяч лет такое встречается. Но слава нам, человекам, мы не стояли на месте, мы эволюционировали. И доэволюционировались до такой степени, что любой трижды дурак сможет отдавать самые дебильные распоряжения, если у него за спиной крутой папа, звёзды на погонах крупнее твоих или ещё чего подобное. Очень сомнительное достижение цивилизации. И главное, в глаз не дашь!
Я в эти пацанские разборки особо не лезу, единственно, смотрю, чтобы перевес во время драки был не слишком большой со стороны пришлых.
Хват тоже не отстаёт. Уже на второй день после того, как пришли Степные Псы, подкатил ко мне со всем вежеством и, алея ушами, попросил пару безделушек. Для чего – понятно. Конечно, я дал. Наутро он припёрся с замечательным бланшем, ободранными кулаками и прекрасным настроением.
– Ну? – спросил я.
– Трое, учитель.
– Сразу?
– Да.
– Из-за чего? Или, может, точнее – кого?
– Э-э-э…
– Ясно. И?
– Я не подвёл вас, учитель!
– Молодец!
В общем, племя Русов с племенем Степных Псов подружилось.
А ещё я много беседую с видящей або. Да и не только беседую. И эти беседы серьёзно подкорректировали видение мира, окружающего меня.
Только ближе к концу третьего дня або начала свой первый большой разговор со мной. Умная женщина давала время наладить мои проекты и не лезла под руку. И как только всё более-менее заработало, взяла меня в оборот.