Жанр
В Африке середины двухтысячного века – время передовой человеческой эры, Шаг в Палеолите предлагает незаурядное изысканство истории. Невероятная атмосфера древности и природной выносливости людей пронизывает каждую страницу. Здесь история несет за собой дыхание пещер, вкус охотничьего коптящегося мяса и тонкое понимание человеческой природы в условиях естественной среды....
А какие вещи были у Петра, и, главное, даже не они, а то, что некоторые из них он не только мог делать сам, но и научить этому Хатака. Но самое ценное – знания. Знания, которые, сам не осознавая, Хатак искал всю жизнь.
Сегодня он видел грандиозное! И, важно, понял, что видел. Иногда охотники оставляют на видных местах простенькие знаки – «опасно», «скоро вода», «здесь земля такого-то рода» и ещё некоторые другие для того, чтобы кому-то было легче найти ту же воду, предупредить о чём-то или ещё чего, но то, что он сегодня увидел… ух, у Хатака даже дух захватывало.
«Но за этим человеком я пойду туда, куда он бы ни повёл меня, не из-за этого, а прежде всего потому, что он мой друг, – вдруг осознал Хатак. – Вот так, быстро и незаметно, у меня появился друг. Как говорит Пётр, „два старика, у которых детство в жопе играет“. Хе-хе. Или вовсе непонятное – „два сапога – пара“». Хатак улыбнулся.
Да, за другом, до конца!
И вот мы уже близко к стойбищу Правильных Людей. Осталось немного, ещё одна ночёвка, и, если всё будет нормально, завтра ближе к вечеру будем на месте.
Я тащу всё на себе плюс велик. Хатак идёт налегке. И это правильно, он всё видит, всё слышит и подмечает. Он же попутно добывает нам еду и обеспечивает охрану. Короче, весь в напряжении. А моё дело маленькое – толкай да толкай велосипед с гунями.
Хатак до сих пор пребывает в прострации от велика. Когда он на него глядит, такое ощущение, что он собственным глазам не верит.
Ещё я наконец познакомил его с боло. Вот что значит проф. Моментально ухватил суть: десяток тренировочных бросков, обдумывание результата – и уже с третьей попытки, так сказать, по цели накрыл дрофу.
