Автор
В старом доме, окруженном тишиной и темнотой, герой исследует тайны за стеклопакетами. По мере того как месяц уходит, вокруг дома нарастает напряжение, предвещая нечто необъяснимое. Атмосфера полной изоляции и скрытых угроз усиливается в этой заброшенной обстановке.
Машина заурчала громче, взвизгнули шины, обдав меня клочьями грязи, и машина пошла назад.
Я стоял, прикрывшись рукой от слепящих фар, а они уползали назад, назад, назад, пока не скрылись за изгибом просеки.
Оказалось, перчатки я забыл дома. Идти с рюкзаком за плечами и руками в карманах неудобно. Махая – холодно. Сплошное мучение.
Но хуже всего был дождь. Капли холодные и крупные противнее снега. Ветер слизывал с лица остатки капель и последние крохи тепла. Через минуту лицо замерзло, через пять онемело. Особенно скулы, лоб…
Я утирал ледяную влагу со лба и бровей, тер щеки – ничего не помогало. Кожа промерзла, стала чужой. Лоб под кожей, кость, саднило от холода.
И еще колючие лапы елок. Хлестали то справа, то слева из темноты. Ни огонька вокруг…
Минут двадцать я месил грязь, увязая чуть ли не по щиколотку, пока выбрался на дорогу.
Но движения здесь сейчас не было. Вообще. Я брел в полном одиночестве…
Гош сейчас уже там. Только почему, когда выезжал, мне не позвонил – сказать, что с Виктором не сложилось?
На обочине встал, скинул рюкзак, с наслаждением расправил плечи, втянул полную грудь воздуха. Наконец-то! Дошел.
Растирая лицо, дыша на онемевшие пальцы, я стоял и ждал. Когда вдали показались мощные фары и накатил грохот фуры, я вытянул руку. Залитый слепящим светом, стоял, сощурившись, терпел, даже улыбку выдавил, но фура пронеслась мимо, обдав меня тугим ударом ветра.
На московской трассе машин должно быть больше, но и там… Не то что днем. Пустынно. Сможет Гош выследить жабу, не всполошив усатого? На почти пустой-то дороге…
Еще фура прошла мимо.
Дождь все не кончался, а ветер озверел. Здесь он набирал силу вдоль дороги и бил наотмашь. Рвал полы плаща, продувал меня насквозь.
Зубы начали выбивать дробь, я пританцовывал, чтобы согреться, но все это было не то. Нужно настоящее движение. Я подцепил рюкзак, закинул одной лямкой на плечо и пошел.
Медленно брел по обочине, то и дело оглядываясь назад, и выбрасывал руку при каждой машине, – фуры, в это время на этом шоссе только фуры, идущие из Белоруссии с товаром.
Ни одна не остановилась.
Минут пятнадцать я еще пытался поймать попутку. Потом бросил. Представляю, как я выгляжу в глазах ребят, гоняющих фуры: парень в коже, с рюкзаком, бредущий посреди ночи к городу…
Одно дело, когда просятся днем или вечером и у крупного перекрестка. А еще лучше в деревне или поселке. Там ясно. А тут? Человек-проблема, а вовсе не попутчик для развлечения. Да и дорогу мы с ними воспринимаем по-разному.