Я! Понимаешь?
– Да… – выдал Кел, отставляя подальше чашку и подпирая голову ладонью. – Я бы хотел с ней встретиться.
Вот после этой фразы все мое хорошее настроение мигом кануло в небытие. А ведь оказалось достаточно просто вспомнить милое худое личико Шейлы… которую уже завтра в полдень казнят на дворцовой площади.
– Знаешь, – проговорила я, уперев взгляд в гладкую поверхность напитка в чашке. – Эта девочка совсем молодая. Она… целительница, ну и сама утверждает, что видит будущее. И… наверное, именно она – первая из всех магов, что мне встречались, кто точно не заслуживает своего приговора. Хотя…
Мои руки, сжимающие бока чашки, дрогнули, от чего маленькое озерцо чая пошло рябью. Кел молчал, будто специально давая мне возможность высказаться до конца. Подозреваю, что он просто не ожидал от меня подобных слов. Да что тут говорить? Я и сама от себя такого не ожидала.
– Она сказала, что завтра никто из магов не умрет, – добавила я, поднимая взгляд на своего гостя. – Эта девочка уверена, что за ними придет Себастьян. Она верит в это, но…
Я замолчала, почему-то подумав, что даже была бы рада, если бы этот неуловимый маг на самом деле явился завтра на площадь и спас… хотя бы Шейлу.
– Что «но», Эли? – Голос Кела показался мне непривычно серьезным и прозвучал как-то слишком натянуто.
– Он не придет, – ответила я, отрицательно мотнув головой. – Он ведь не полный идиот, чтобы так просто явиться туда, где будет столько вооруженных полицейских. Его ведь не просто схватят, а сразу же и казнят… на том же самом костре. Да и подобные показательные казни проходят каждый год. Раньше никто из магов, в том числе и сам Клевер, ничего не предпринимал. Что изменилось теперь? Почему он должен явиться?!
Я сама не заметила, что почти перестала контролировать свои эмоции и теперь говорила непозволительно громко. Будто все это действительно оказалось для меня слишком важным.
– Кел… – сказала я, сглотнув. – Их будут убивать за моей спиной. Я… не знаю, как смогу это вынести.
Он смотрел на меня с сочувствием. Я же мысленно ругала себя последними словами за такую дикую откровенность. Но подозреваю, дело было именно в том, что мне слишком хотелось поделиться своими страхами хоть с кем-то. Подруг в этом городе у меня не было… да и откуда им взяться? Родители жили слишком далеко, с коллегами я общалась исключительно в рабочее время. И так уж получилось, что единственным близким знакомым для меня здесь оказался именно Кел – тот, кого я знала каких-то четыре дня.
– Ладно уж, – сказала я, выдохнув. – Все равно выбора нет.
– Ты ведь можешь отказаться в этом участвовать, – тихо произнес он.