Но мысль о том, что меня, возможно, восстановят в должности, почему-то подействовала успокаивающе. Даже встреча с императором перестала казаться страшным пугающим событием, а в окружающей меня мрачной безысходности вдруг наметился первый, едва заметный просвет.
Вскоре здание департамента осталось позади, как и небольшая аллея, ведущая к западному крылу дворца. После мы миновали пост стражи, вошли внутрь и направились вверх по широкой мраморной лестнице. На самом деле поплутать пришлось немало, потому, когда мы, наконец, добрались до кабинета его величества, я уже просто устала переживать. Нет, мне все еще было страшно, но теперь почему-то вместе с этим страхом появилась и надежда, что все будет хорошо.
Внутри нас уже ждали. Император расположился в удобном кресле для посетителей, митор Галирон разместился напротив, а вот за письменным столом почему-то сидела императрица… которую я уж точно никак не ожидала здесь увидеть.
Несмотря на беременность и полное отсутствие украшений, она выглядела шикарно. Даже простое светлое платье смотрелось на ней великолепно, да и вообще ее величество при ближайшем рассмотрении оказалась очень красивой женщиной. Светловолосая, голубоглазая, истинная аристократка, она будто была рождена правительницей, а ведь раньше мне казалось, что леди Диана всего лишь тень своего царственного супруга.
И только я хотела поклониться и произнести приветственную фразу, как почувствовала на себе тяжелый взгляд императора и растерянно запнулась. А его величество, видя мою реакцию, почему-то усмехнулся, и эта его усмешка показалась мне такой знакомой, что в груди перехватило дыхание.
– Благодарю, митор Хаски, – сказал император, обращаясь к моему бывшему начальнику. – Можете быть свободны. – Затем, не дожидаясь, когда тот выйдет, повернулся к министру внутренней безопасности: – Вилм, уступи даме место. Присядь пока на диван.
– Да, как скажете, ваше величество, – отозвался тот. И, поднявшись, жестом указал мне на опустевшее кресло.
К сожалению, я даже кивнуть сейчас не могла. Просто стояла, пытаясь понять, что вообще происходит, и все равно не находила этому ни единого логического объяснения.
– Присаживайтесь, митора Тьёри, – бросил император, глядя на меня со снисходительной улыбкой. – Разговор предстоит долгий. Да и вам будет проще воспринимать информацию сидя.
Я кое-как изобразила кивок, затем заставила себя сделать шаг к креслу и все же смогла усесться, хотя чувствовала себя при этом жутко неуютно. Хотелось развернуться и бежать отсюда куда подальше, но… кто бы мне такое позволил?
– Итак, вы догадываетесь, о чем пойдет речь? – снова спросил император. Теперь он смотрел на меня с интересом, а в его ярких зеленых глазах вдруг появились мелкие, едва заметные искорки.