Под проклятой звездой в глубине дома, молодой лейтенант рывком прошел через темные коридоры. Внутри было тихо — лишь шепот работающих слышался с другой стороны закрытого барьера. Женщина средних лет ждала его у входа, а пожилой мужчина завязывал посылочный ящик в крепкий ремень, ступив на нагревшийся резиновый штемпель....
– Давайте вон туда завернём, а? Что-то мне неуютно… вроде бы смотрит на нас кто-то? Вам не кажется?
– Креститься надо… – проворчал вор, но в указанном направлении всё же свернул.
Завернув за угол, спутник вора явно повеселел и несколько успокоился. Осмотревшись по сторонам, он уселся на старое бревно, предварительно обмахнув его носовым платком.
– Вот, – на свет божий появилась свернутая бумага. – Посмотрите – вам всё станет ясно.
Бакинский, кивнув телохранителю на вход – мол, смотри, – присел неподалёку. Развернул бумагу и несколько мгновений всматривался в текст.
– Это что за хрень такая…
Ках!
Маленький браунинг 7,65-мм – машина не слишком мощная. Зато – и не слишком громкая. А в умелых руках – так ещё и очень опасная.
Стрелять спутник смотрящего умел.
И уже вторая пуля толкнула воровского телохранителя в грудь, заставив его отступить на пару шагов. Вытащить оружие он так не успел.
А старый вор ещё был жив. Попавшая в горло пуля не убила его на месте, хотя и здоровья, разумеется, не прибавила.
Убедившись, что опасность со стороны вора невелика, стрелявший поднялся с места и подошёл к убитому охраннику. Быстро обшарил его одежду, достал «Наган» и уже из него произвёл два выстрела. И на этот раз пули достигли цели – Бакинский дернулся и перестал дышать.
– Вот так… – кивнул стрелок.
Протер платком рукоятку револьвера и вложил его в руку мертвого охранника. Затем вернулся к смотрящему и проделал ту же операцию со своим браунингом.
Огляделся по сторонам, поправил одежду и спокойно зашагал по пустынному переулку.
Вечером того же дня Гальченко вызвал на срочную встречу замначальника горотдела МГБ.
Ввиду особой ситуации, они пересеклись в условленном месте, вдали от любопытных глаз. Район был почти безлюдным, и по вечерам тут осмеливались ходить весьма немногие. Зато и вероятность наткнуться на постороннего зрителя являлась крайне небольшой. Правда, это приводило к тому, что Фомина прикрывали двое оперативников в штатском, которые теоретически могли заметить кого-нибудь из членов группы, но Гальченко счёл такой риск вполне допустимым – затягивать встречу было невозможно.
– Что там у вас такого стряслось? – эмгэбэшник выглядел усталым.
– События вышли на финишную прямую – завтра запланирован налёт на спецобъект.
Фомин аж поперхнулся.
– Вы серьёзно?!
– Возможно, послезавтра. Но не более. Нам предложено быть готовым завтра к четырём часам дня – нас заберёт грузовик.
– Откуда?
– Улица Яблоневая, пустырь напротив дома номер семь.
