Только что он сидел, облокотившись о стену, – и вот уже стоит на ногах, а его внезапно ставшие очень холодными и недобрыми глаза прямо-таки сверлят главаря.
– Ты что сказал? – ледяным голосом осведомился Франт. – Ты кого это тут сучить начал? Забыл, что за слова такие полагается?
Забывшись, бандит допустил роковую ошибку. Назвать авторитетного вора сукой – это «упороть косяк»[5] немалой силы. На зоне так называли людей, нарушивших воровской закон и живущих не по понятиям. И за такие слова, сказанные в запале и не подкреплённые никакими доказательствами, можно было неиллюзорно огрести.
У главаря ещё оставалась возможность как-то разрулить дело, спустить на тормозах. Но для этого надо было прилюдно признать свою ошибку и принести извинения неправедно оскорблённому.
И какие после этого могли быть предъявлены за мордобой?
Бандит неминуемо утрачивал авторитет в глазах подельников.
Так что оставался единственный вариант – доказать своё утверждение, выставив оппонента человеком залётным, никакого авторитета не имеющим и к воровскому миру не принадлежащим.
Тем паче что прочие воры его не знали, никто в городе с ним ранее не общался. И никаких предъяв за него не поступило бы ни с чьей стороны.
Ну, и неубиваемый козырь в виде автоматчика тоже следовало иметь в виду…
– А что? – усмехнулся главарь. – Уж не ты ли мне что-то предъявить хочешь? Ну, сказал. И сейчас скажу – никто ты и звать никак. Не слыхали тут про такого вора! Надо же – Франт! Откель ты взялся-то на нашу голову?
– Всё сказал? – спокойно поинтересовался Проводник.
– Назад ничего взять не хочешь?
– С бодуна ли? Нет такого вора!
– Подумай… Я дважды не повторяю!
– Ишь ты… Не повторяет он… Да и не успеешь уже! – и главарь резко вскинул вверх правую руку.
Ничего не произошло.
Он ещё раз взмахнул рукой.
Аналогично.
– Митяй! – крикнул бандит. – Давай!
Тишина.
– Своей шестерке маячишь? – холодно осведомился Франт. – С этой штучкой?
И протянув руку, он вытащил из-за обломка стены автомат.
Повертел его в руках – и бросил к ногам опешившего главаря.
– Мне чужого не надобно. А дружок твой – он поспать прилёг. Вот когда проснётся – тогда и поговорите… Подумаете, как такой косяк объяснять станете. А спросить за это спросят, не сомневайся!
И верно, не в воровских традициях подсылать человека с автоматом на место толковища, чтобы тот расстрелял оппонента из засады.
Бандит обвёл глазами сотоварищей – и не увидел с их стороны никакой поддержки.
