Под проклятой звездой в глубине дома, молодой лейтенант рывком прошел через темные коридоры. Внутри было тихо — лишь шепот работающих слышался с другой стороны закрытого барьера. Женщина средних лет ждала его у входа, а пожилой мужчина завязывал посылочный ящик в крепкий ремень, ступив на нагревшийся резиновый штемпель....
– Ты чего такой? – спросил у бандита тот самый вор, что говорил про воровской закон.
– Чего… попалили нас! Охрана на складе солдат в помощь вызвала! Пацаны мои зазря легли!
Франт развёл руками, но ничего не сказал.
Красавец, однако, этот жест заметил.
– А ты что?! Пошто твои парни к нам на помощь не пришли? Забздели?!
– Ты за базаром-то следи… – холодно ответил подполковник. – От того места, где мы были, до проходной почти километр топать! У меня кавалерии нет! А летать мои парни не обучены.
– Хоть бы стрельнули!"
"– Да мы там, почитай, что три кило динамита взорвали! Уж всяко погромче выстрела-то будет! И с охраной малость пострелялись, не без того…
– Так! – пресёк перепалку смотрящий. – Хорош попусту базарить! По делу говори!
– А что тут говорить? Знали про нас… засаду, вон, устроили…
– Может быть, родной, ты хоть мне-то врать не станешь? – вкрадчиво поинтересовался Миша Бакинский. – Не ждали вас, про то сами вохровцы ментам отписались. А то, что вы всей кодлой троих человек заземлить не смогли…
Старый вор покачал головой.
– Что за народ такой пошёл? Врут – как дышат!
– А что там такое было-то? – поинтересовался Франт. – Стрельбу мы слыхали, это верно. Так и по нам лупили – ажно с двух сторон! Грузовик, вон, пулями попортило, бросить его пришлось, жалко.
– Вохра в казарме закрылась да в проходной, – пояснил Миша. – А покуда они там сидят – мимо хода нет. Всё у них под прицелом! А тут ещё солдаты, мать их…
– Так я ж предупреждал! – покачал головою Франт.
– Нет, – отрицательно мотнул головою старый вор. – У них, как оказалось, это давно предусмотрено было. Должны были солдаты на помощь прийти. Только команды и ждали…
– Так что ж ты молчал про это, старый… – вскочил с места Красавец, но, увидев, как налились кровью глаза смотрящего, счёл за лучшее попридержать язык. Бандит медленно опустился на место.
– Про то никто допрежь и не ведал, – ответил Бакинский спустя минуту.
Красавец опрокинул ещё стакан.
– За провал с тебя спросить бы надо, – веско произнёс Миша Бакинский. – Ведь дело тогда Франт говорил, я при том присутствовал и сам всё слышал. А ты в гордыню попёр и зазря пацанов своих положил.
– А ты чего тогда молчал? – окрысился бандит.
